А у меня в багажнике – сумка с вещами и билеты на поезд, купленные через приложение. Отъезд сегодня ночью.
Если она захочет.
Если я решусь шагнуть на перрон.
Когда сворачиваю на знакомую дорогу, Алиса напрягается. Выпрямляется в кресле, вертит головой.
– Апрель...
– М?
– Это же...
– Да, – поворачиваюсь к ней и киваю.
Она смотрит вперёд, на приближающийся пирс. Пальцы вцепляются в мою куртку.
Глушу мотор метрах в тридцати от воды.
Пирс 13 днём выглядит по-другому. Никакой музыки, никаких костров. Просто старые доски, облезлые сваи и серое море до горизонта.
– Зачем мы здесь? – её голос тихий и какой-то надломленный.
– Хочу кое-что тебе показать.
Выхожу, обхожу машину, открываю ей дверь. Она не двигается. Смотрит на пирс через лобовое стекло.
– Алиса.
– Да. Сейчас.
Выдыхает. Выходит. Надевает мою куртку и берёт меня за руку – пальцы у неё ледяные. Идём к краю. Она замедляется с каждым шагом, но не останавливается. Держится за меня крепко. Останавливаемся у низкого бортика. Внизу вода – тёмная, холодная.
Алиса сглатывает. Но её пальчики в моей руке заметно расслабляются.
– Думала, буду бояться, – говорит она наконец. – Думала, увижу это место – и меня накроет паникой. Думала, расплачусь...
– И как?
Смотрит вниз. Качает головой.
– Ничего. Это просто вода.
Ветер треплет её волосы. Она щурится, смотрит на горизонт.
Красивая... Глаз не свожу с её профиля. С этого милого курносого носика.
– Зачем ты меня сюда привёз? – спрашивает Алиса.
– Хотел, чтобы ты увидела, что бояться нечего. Это просто место. Гнилые доски и солёная вода. Оно не имеет над тобой власти.
Она поворачивается ко мне.
– Что с Ромой? – спрашивает внезапно.
Вот и всё. Вопрос, которого я ждал.
Не желая начинать нашу жизнь со лжи, признаюсь:
– Он получил по заслугам. Богдан столкнул его в воду.
Лицо Алисы непроницаемое.
– Он выжил? – спрашивает тихо.
– Да. Его просто припугнули, но думаю, урок он усвоил. И больше никогда нас не побеспокоит.
Она кусает губы и молчит. Слышны только волны внизу и крики чаек где-то вдалеке.
– Мне его жалко, – говорит наконец.
– Жалко? – изумляюсь я. – Алиса, он тебя чуть не убил.
– Знаю. Но он же... – она запинается, подбирая слова. – Это сложно объяснить. Мы же дружили с ним раньше.
– Это не оправдание.
– Да, не оправдание. Но всё равно жалко. Я просто не хочу тащить эту ненависть сквозь года. Посмотри на наших отцов. Они столько сил потратили на ненависть. Я так не хочу. И ты не должен.
Смотрит на меня своими прекрасными глазами цвета летнего неба. И я тону в них, заранее полностью соглашаясь с её логикой.
Она права.
Склоняюсь к её лицу и шепчу напротив губ:
– К чёрту ненависть.
Она улыбается, потом нежно касается моих губ своими. Мы целуемся медленно, нежно, так... словно весь мир исчез. И нет ни завтра, ни вчера. Только мы и этот момент.
Проходят тысячи секунд...
– Алиса, – говорю я, отстраняясь. – Я никуда не еду.
Она вздрагивает.
– Что?
– В Подмосковье. Не еду. Остаюсь здесь. Точнее, мы остаёмся. Не хочу бежать. Устал бегать. Это мой город. Мой дом. Даже если здесь всё через задницу.
Она часто и взволнованно кивает.
– Да. И ты разберёшься со всем дерьмом здесь. Мы разберёмся.
– Разберёмся.
– И с отцами.
– И с ними.
– И с Богданом, – добавляет она.
Я невольно расплываюсь в улыбке. Алиса смотрит непонимающе.
– С Богданом пока разобраться не смогу. Он сильно занят. Походу, влюбился.
Её взгляд становится скептическим.
– Ты шутишь?
– Нет. Правда, Богдан сам пока не знает, что попал. Но я понял.
– Да? Ты расскажешь мне?
Обнимаю её сзади. Мы смотрим на горизонт, на тёмную воду внизу. Рассказываю про Богдана и его спутницу. О том, как он нервничал, ревновал.
Алиса откидывает голову на моё плечо. Выдыхает – медленно, шумно.
– Хорошо, – говорит она. – Это очень хорошо. И я не про Богдана даже, а про наш отъезд. Потому что я тоже никуда не хочу. Папа... Я не могу его бросить. Но и тебя потерять... – обрывает себя. – Не знала, как выбрать. А теперь не надо.
Разворачивается в моих руках и утыкается в грудь.
Стоим на этом грёбаном пирсе. Ветер холодный, пробирает до костей. Но мне тепло. Потому что она рядом.
И мы никуда не едем. Выбор сделан.
Эпилог
Алиса
Месяц спустя
Кухня в доме Монстровых – это отдельный вид безумия. Огромная, с островом посередине, с кучей техники. Назначение некоторых агрегатов я даже не знаю. Холодильник размером с мою ванную, плита с кучей конфорок.