— Там пуля? — оглядываюсь, словно ищу помощи.
— Нет, по касательной прошла, — он перевязывает предплечье рукавом своей рубашки чуть ниже раны, пытаясь перетянуть. Но одной рукой получается плохо.
— Давай я!
Не дожидаясь от него ответа, выхватываю у него из руки рукав и завязываю.
— Сильнее дергай, Снежинка. Со всей силы, — подсказывает мне.
И я перетягиваю со всей силы. Мои руки пачкаются в его крови, которой пропитан рукав. Но мне сейчас всё равно. Мне страшно уже не за себя, а за Назара.
— Всё, спасибо, — уже безэмоционально выдыхает Назар.
— Быстрей в больницу! — в истерике кричу водителю. А он как-то странно посматривает на меня в зеркало заднего вида.
— Домой, Серый, — отдаёт приказ.
— Да почему домой?! Тебе нужна помощь!
Он же кровью истечет!
— Всё, что мне нужно, сделают дома. Успокойся! Со мной всё хорошо! — грубо отмахивается от меня.
И теперь я начинаю злиться.
— Есть аптечка?! — кричу на водителя. На что тот открывает бардачок и передаёт мне небольшую медицинскую коробочку. Скорпион молча наблюдает за мной из-под опущенных век.
Мои руки в грязи и крови. Обтираю их об белое пальто, открываю аптечку, достаю антисептик, вату и первым делом обрабатываю свои руки. Салон в машине бежевый, но сейчас весь в брызгах крови, как и мое пальто. Потом беру перекись и лью ее на рану Скорпиона, которая тут же шипит. Кровь сворачивается. А Назар просто прикрывает глаза.
Накладываю на его рану стерильную повязку, которая тут же пропитывается кровью. Накладываю еще. И вроде не всё так плохо, перетяжка помогает.
Пытаюсь собрать всё назад в аптечку, но она выпадает из моих дрожащих рук.
Наклоняюсь, пытаясь всё собрать, но останавливаюсь, когда Назар хватает меня за руку и дергает на себя.
— Оставь это, — произносит он, когда я заглядываю в его черные, как бездна, глаза.
Замираю.
— Ты такой бледный, — шепчу ему, голос снова пропадает.
— Тихо. Не сдохну. По крайней мере, не сейчас и не от этой царапины. Дыши, — подсказывает мне и прикасается ладонью к моему лицу. Делаю глубокий вдох, но снова замираю, когда его большой палец начинает поглаживать мои губы. Сначала аккуратно и нежно, а потом грубо вдавливает палец. — Теперь ты понимаешь, что ограничение твоей свободы не просто потому, что я тиран? — выгибает бровь.
Понимаю, но не могу ответить, потому что его пальцы до сих пор грубо гладят мои губы. Просто прикрываю глаза в знак согласия. Мурашки разбегаются по коже. И я уже не понимаю, от чего, то ли от шока, то ли от страха, то ли от того, что скорпион так откровенно меня трогает и смотрит в глаза.
А потом его рука властно обхватывает мои скулы и тянет к своим губам.
— Назар, — хриплю я, пытаясь его остановить.
Что он делает?
— Тихо. Сейчас не надо мне сопротивляться. Не стоит. Просто принимай, — понижая тон, велит мне.
Что я должна принимать?
В моей голове такой туман, что ничего не соображаю. Слишком долгий день, слишком много событий, которые выбивают почву из-под ног.
А тем временем его губы уже сжимают мои. Но скорпион не целуют. Он просто дышит. Прикрываю глаза, сглатывая.
— Столько в тебе жизни, — хрипит мне в губы. — Столько невинности и чистоты. Так нельзя… — выдыхает мне в губы. Всхлипываю, чувствуя, как еще минуту назад мои холодные щеки начинают гореть. — Но хочется испачкать тебя самому, — всхлипываю ему в губы, и зубы скорпиона тут же цепляют мою нижнюю губу. Немного больно, но…
Это определённо стресс и шок.
Иначе зачем я ему это всё позволяю?
— Зачем ты будишь во мне эти желания? А, снежинка? — отпускает мою губу и тут же проводит по ней языком, оставляя ожог.
Спрашивает так, словно я делаю это специально. Прихожу в себя только когда машина останавливается.
Резко отшатываюсь от скорпиона, вжимаясь в другой конец салона.
Ворота разъезжаются, и машина заезжает во двор нашего дома. Я в полной прострации. Мне нужно успокоительное и снотворное. Я хочу проснуться и понять, что это всё был кошмар. Всего лишь страшный сон.
____________________
Глава 13
Ева
Шура напоила меня какими-то противными каплями и чаем на травах. Я давилась, но пила, лишь бы уйти от реальности и забыть этот день в аду.
Просыпаюсь, поворачиваю голову к окну – рассвет. Я проспала весь вечер и всю ночь. Но чувствую себя так, словно закрыла глаза всего на пять минут. И чудо-капли не стерли мою память. Отворачиваюсь от окна, смотрю в потолок. Переварить всё то, что вчера произошло, невозможно.