Я украдкой посмотрела на Нари, которая иногда бросала на меня внимательный взгляд, и задумалась. На выходных они с Дугласом планировали присоединься к нам на яхте, и я могла попросить ее привезти несколько тестов на беременность. До этого момента я решила молчать и не поднимать волну, пока не выясню всё сама, очень надеясь, что Ричард не вычислит мое состояние раньше того момента, как я узнаю результаты.
- Нам пора, - между тем послышался голос Ричарда, и, прежде чем мы попрощались с гостями и направились на причал, я повернула к нему голову.
Барретт прошелся по моему лицу ровным взглядом, и я, рассматривая родные черты, тепло улыбнулась.
Прощаясь с Нари, я ее обняла и так, чтобы никто не слышал, шепнула на ухо “тесты”. Она крепче сжала меня в объятиях, показывая, что всё поняла, и мы с Ричардом направились к выходу из зала.
“Будем решать вопросы по мере их поступления”, - повторяла я слова Барретта и, чувствуя его горячую ладонь на своей пояснице, шла вперёд, в неизвестность, не имея понятия, что меня ждет завтра.
Глава 30.
Я всегда с опаской относилась к ночным звонкам. Даже зная о том, что из-за разницы во времени Ричарду вполне могли позвонить из Сиэтла или Испании по какому-нибудь срочному бизнес-вопросу, я все равно с осторожностью относилась к подобным пробуждениям среди ночи. К тому же, весь вечер Ричард был более отстраненным, чем обычно. Сначала я испугалась и подумала, что он вычислил мое состояние, но, понаблюдав немного за своим хищником, сделала вывод, что дело не во мне. “Устал мой Дьявол и сейчас расслабляется после напряженных дней”, - решила я, и когда, ложась в постель, он произнес “сделай мне массаж”, я убедилась в правильности своих выводов.
Он расслаблялся, когда я массировала ему спину и ласкала его позвоночник, расслаблялся, когда, развернувшись, насадил меня на свой член и начал свой дьявольский ритуал. Расслаблялся, когда я, опасаясь последствий жесткого секса при моем непонятном состоянии, мягко спустилась вниз с его позволения, завершая наше соитие минетом.
После секса Ричард, как обычно, быстро отключился, и я, засыпая под боком своего киборга, успокоила себя тем, что из-за усталости и непонятного состояния вижу проблему там, где ее нет.
Но ночная трель телефона вновь вернула меня в состояние неопределенности. И сейчас, наблюдая, как Барретт, сев на кровати, ответил на звонок, я пыталась вычислить, чем он был вызван и что с собой нес - хорошую или плохую новость.
Для наблюдения мне не хватало ночной подсветки, шедшей по периметру кровати и спальни, и я, чтобы ничего не пропустить, аккуратно включила неяркий ночник.
Ричард начал слушать собеседника, но внезапно на долю секунды мышцы на спине Барретта напряглись, орел показал свой хищный прищур, и я почувствовала волну какой-то странной энергетики. Я бы не назвала ее настороженной - скорее, она была воинственной, предупредительно-атакующей.
Барретт, продолжая слушать, провел рукой по своему широкому затылку, массируя его жесткими пальцами, и коротко кивнул.
- Хорошо, - бросил он в трубку и, добавив “на связи”, дал отбой.
Его “хорошо” прозвучало как-то ровно, одобрительно, словно он похвалил кого-то за правильно выполненную работу, что не могло не радовать.
Завершив разговор, Ричард встал и прошел к креслу, и я, сев на кровати, бросила на него внимательный взгляд.
Наблюдая как он надевает джинсы, я не чувствовала, чтобы от него исходила тревога, и, мысленно отругав себя за чрезмерную мнительность, лишь тихо спросила:
- Всё в порядке?
- Да. Спи, - коротко бросил он и вышел из спальни.
Но моя ночь только началась.
Меня одолевали мысли то о предполагаемой беременности, то об этом странном звонке и я, понимая, что не усну, решила подышать свежим воздухом.
“Все равно Ричард работает в кабинете палубой ниже”, - приняла я решение и, накинув рубашку своего мужчины, сброшенную им на кресло, вышла из спальни в небольшой зал. Однако, пройдя несколько шагов, я резко остановилась, увидев во французском окне Барретта, стоявшего на палубе.