- То есть твой "Predator" может здесь залечь на дно? - не унималась я.
- Да, - продолжая маневрировать, ответил Ричард, а я, бросив взгляд на его руку, вспомнила, как когда-то он мне давал управлять “Limitless”, тихо спросила:
- Я могу немного порулить?
Барретт бросил на меня короткий взгляд и, убирая руку от панели управления, произнес:
- Правый рычаг.
Я кивнула и, взявшись за рукоятку, аккуратно надавила вперед. Наша маленькая субмарина послушно поплыла в заданном мной направлении, а у меня от радости учащенно забилось сердце.
Это было неимоверное ощущение - почти такое же, как и тогда, когда я управляла “Лимитлесс”. Различие было лишь в том, что сейчас я летела не над водой, а плавно скользила на глубине, словно мой полет, не менее захватывающий, чем по воздуху, сейчас происходил в замедленной съемке.
Внезапно впереди показалась какая тень, и моя рука дрогнула, что тут же отразилось на движении батискафа.
Его немного повело в сторону, но Ричард, накрыв рукой мою ладонь, выровнял движение.
- Что это было? - чувствуя тревогу, спросила я, и он спокойным голосом ответил:
- Акула.
Я затаила дыхание, а Барретт сбавил обороты и, активировав какую-то кнопку на панели управления, что-то тихо произнес в наушник не по-английски.
- Она ведь нас не тронет? - шепотом спросила я, когда внезапно слева от нас показалась акула.
Я перестала дышать - она была не просто большой, а огромной, величиной с наш батискаф. То ли потому, что она была невообразимых размеров, то ли потому, что я никогда раньше не видела этого хищника не пойманного на крюк, а вживую, вот так, совсем близко, мониторившего свои владения, я окаменела от ужаса.
Рассматривая холодные глаза и устрашающую морду акулы, которая, казалось вот-вот сделает ужасный оскал и откроет пасть, я реально перестала дышать, пока Ричард убирал мою руку с рычага.
Барретт, тем временем, еще сильнее сбавил обороты, позволяя батискафу дрейфовать в воде, и тоже застыл. Однако я не чувствовала в нем страха - напротив, он не сводил уверенного взгляда с акулы.
- Не дергайся, все под контролем, - ровным голосом произнес Ричард.
Он положил руку на панель управления у стеклянной стены, а на мониторе высветился прицел. Увидев знакомые очертания, я немного расслабилась и машинально кивнула - ну конечно, Барретт обезопасил нашу прогулку среди морских хищников какой-нибудь подводной пушкой.
Однако, он не торопился выстрелить или хотя бы ослепить ее, напротив, казалось, он играет с акулой, не планируя нападать первым. Барретт прищурил глаза, а в его энергетике почувствовались нотки, которые я уже успела изучить. Адреналин.
Тем временем, акула подплыла к нам очень близко, и мне даже показалось, что она задела плавником наш батискаф, будто хотела попробовать его если не на зуб, то на ощупь.
На секунду я зажмурилась, но, понимая, что моя паника здесь неуместна, как и в горах, когда Ричарда накрыло лавиной, выдохнула и попыталась успокоиться. Меня уже учили владеть своими эмоциями, и в этот раз, находясь в непосредственной близости к акуле, я вновь приняла вызов и перестала волноваться.
Сейчас, когда мои эмоции улеглись, я внимательнее пригляделась к акуле. Ее мощный хребет был не однородного цвета, а скорее полосатым, и, что самое удивительное, рядом с ней плавали небольшие серебристые рыбки.
Акула, окинув равнодушным взглядом наш батискаф, еще раз прошлась плавником по стеклу и поплыла дальше. Как только она скрылась из вида, я выдохнула, а мы продолжили дрейфовать на глубине.
- Она пришла на свет? - тихо, будто акула могла нас услышать, спросила я.
- Мы ее привлекли вибрацией.
- Поэтому она и нападает на людей в лодках?- продолжила я расспросы.
- Акула - высокоорганизованное существо. Рыболовецкие суда привлекают ее рыбой. Ну и людьми не брезгует, - спокойно произнес Барретт, и в его словах почувствовался некий хищный цинизм.
Я посмотрела вслед акуле и, все еще пребывая под впечатлением этой устрашающей жуткой беспощадной энергетики, вспомнила свой сон и перевела взгляд на Барретта. Изучая его выточенный словно из гранита профиль и холодную энергетику, я поймала себя на мысли, вернее на вопросе - чем он, по сути, отличался от этого хладнокровного хищника?
Ричард убрал руку с прицела, и я машинально кивнула, в очередной раз убедившись, что Барретт не убивал ради забавы. Но это была и не жалость. Ему просто это было неинтересно. Даже в его хищной натуре присутствовали хладнокровие и полное отсутствие эмоций. Уверена, так произошло и с Назари.