Я почему-то не ожидала, что он поднимет другу руку и коснётся кончиками пальцев моих ягодиц, очень-очень нежно заскользив по чувствительной коже поверх ткани. Оттого и вздрогнула, так как платье с нижним бельём совершенно не защищали от тех ощущений, которыми меня «обожгло» — от его интимных прикосновений, как тогда в опере.
— Может я буду таким и дальше. Например, как сегодня… — его ладонь поднялась выше, а пальцы прочертили чувственную линию вдоль моего позвоночника, остановившись под шеей и поддев язычок змейки длинной молнии. — Буду ласкать тебя так, как ещё не ласкал до этого. Уже любопытно, да?
Я ничего не успела ему сказать по этому поводу (да и едва ли бы сумела, пребывая почти что в шоковом состоянии), но он этого как раз и не ждал. Он всё прочёл по моим широко раскрытым и явно напуганным глазам. А потом повёл головой, указывая подбородком в сторону раскрытых настежь раздвижных дверей спальни.
— Хочешь проверить это прямо сейчас? Обещаю. Тебе не сможет не понравиться.
Наверное, я действительно сумасшедшая, если рискнула ослушаться его в этот практически судьбоносный для меня момент. Но как только он расстегнул на мне до конца молнию, я тут же от него отстранилась, перехватив его руку за запястье и отняв её от своего горла. Сделала пару шагов назад и начала снимать перед временно застывшим мужчиной платье, как можно изящнее и со всей присущей мне сексуальностью. При этом глядя неотрывно в напрягшиеся глаза Стаффорда. Потом перешагнула упавшую к ногам дорогущую тряпку, завела за спину руки и расстегнула замочек бюстгальтера.
— Хочешь проверить, как я сегодня заведусь под тобой? И как буду отвечать на твои ласки?.. Тогда советую не терять зря времени.
Лифчик я сняла не сразу, повернувшись перед этим к Рейнальду спиной. А уже после продефилировала до спальни, как какая-нибудь профессиональная соблазнительница наивысшего уровня. И буквально на ходу сбросила на второй диван верхнюю часть неглиже, оставшись только в одних кружевных трусиках, туфлях и гранатовом гарнитуре на голом теле. Причём ни разу не обернувшись, но чувствуя прожигающий насквозь взгляд Стаффорда на своей спине и затылке. И при этом дыша через раз. Перепугавшись от собственной смелости не на шутку. Дойдя в спальне до окна и на какое-то время оцепенев перед стеклянным экраном и панорамой безучастного ночного города. Практически считая с ударами сердца ускользающие в никуда мгновения. Ожидая появление того, кто либо сотрёт меня сейчас в невидимую пыль, либо…
Конечно, он появился. Конечно, вошёл за мной следом в просторную спальню с большой двуспальной кроватью, хотя я и не слышала его мягких, как у крадущегося хищника шагов. Скорее, почувствовала его близость, как всегда чувствовала после знакомства с ним. Может поэтому и вовсе дышать перестала. Замерев, застыв и превратившись в один сплошной оголённый нерв.
— Смелости тебе сегодня явно не занимать. Всё никак не пойму. Это действие выпитого тобою алкоголя или нечто другое?
Он подошёл ко мне практически впритык, и я поняла, что у меня банально не хватит сил играть с ним дальше. Да он и не позволит. Всё равно сделает всё по-своему.
— Вы сами сказали, что заключили со мной устное соглашение. Неужели вы станете противоречить самому себе и нарушите собственные слова?
— Если только ты меня на это спровоцируешь. К чему сейчас, я так понимаю, и ведёшь.
Я испуганно громко вскрикнула, когда он вдруг резко крутанул меня, разворачивая лицом на себя и с самодовольной ухмылкой на своих чёртовых красивых губах впился ненасытным взглядом изголодавшегося демона в мои глаза. Вернее, в мою душу.
— Будь осторожней, девочка. А то я могу принять все твои наивные заигрывания, как за плохо просчитанный вызов.
Глава 47
Отвечать ему, что это и был мой далеко не скрываемый вызов, я не стала. Решила, что и без того раздраконила его предостаточно и даже больше, чем ожидала. Да и всё равно бы не успела. Ведь он не просто развернул меня на себя, схватив за предплечья, а практически сразу, без предупреждения, подтолкнул в сторону кровати, заставив проделать несколько пятящихся шагов и, в конечном счёте, плюхнуться спиной на поверхность идеально заправленной постели. После чего навис надо мной сверху, встав коленом на край матраца между моих ног, и снова погрузился не обещающим ничего хорошего взглядом в мои распахнутые во всю ширь глаза.