Два варианта. Под кроватью.
Или с окна сигануть.
Но Ярослава жить явно хочет. И это пиздец как хорошо. С этим работать можно.
– Что за хуйня? – рявкаю, встряхивая девку. – Ты, бля, совсем уже головой стукнулась?
– А лучше просто ждать? – судорожно всхлипывает. – Когда ты снова меня начнёшь лапать? Под людей своих подложишь?! Я смириться должна?
Ты, сука, сбегать не должна была!
И пиздеть.
Блядь.
Это не норма, когда девка после первого раза сбегает. Оставив о себе напоминание.
Затылок тянет. Боль пульсирует в местах, где швы были.
Автоматом тянусь. Прикасаюсь.
Нет. Так с нихуя не поступают.
Она хотела. Планировала.
Ноги так же раздвинула? Легла под меня со своей целью?
И ни на йоту ей не верю, что просто так шкатулку забрала. Из всего, что можно было взять. Шибануть.
Сука, у меня с собой пистолет был. Валялся у кровати. Нахуй могла мозги вынести. А нет.
Шкатулка.
Всё вокруг этой хуйни вертится.
Точнее, того, что хранится внутри.
А Ярослава пиздит. И пиздит. И снова пиздит.
Сучка из этой лжи создана. В каждом слове фальшь скользит.
А страх… Вот он искренний. Ужас. Паника.
Слёзы блядские – им тоже верю, хотя не должен.
Сука.
Как мне ещё с ней вести себя, а?
Нихуя не помогает. Не доводит до честного разговора. Ярослава только сильнее изворачивается.
И поебать мне, как нужно будет ломать. Чем ещё угрожать, чтобы рот по делу открывать не начала.
Пока правды не получу – не успокоюсь.
Телефон в кармане вибрирует. Удерживаю девчонку, лезу.
Варвар.
Он знает, где я. И что отвлекать меня не стоит. Я тут на бомбе. Одно, сука, движение. И к херам взорвусь.
Раз Вар дёргает, значит, что-то случилось.
– Да, – рявкаю. – Что?
– На шавок своих рявкай, – привычно отмахивается Варвар. – Разговор есть. Срочный. Мота касается.
– Что там?
– Его третий раз менты прессуют. Сегодня загребли. Опять неподконтрольные. Мусора осмелели, Гром, тебе решать нужно что-то с этим.
– Решаю.
Цежу, рассматривая Ярославу. В каждое слово, сучка, вслушивается. Понять пытается. Подслушать?
А дальше?
Ебарю своему побежит докладывать?
Пальцы сильнее стискиваются на её запястьях. Девчонка пищит, хлопает ресницами.
Не. Нихуя.
Вот нихуя больше не проймёт этот наивный вид.
Если девка даст целку сорвать, чтобы по голове ебнуть – это о многом говорит.
Ведь нихуя не случилось.
Трахнулись.
А потом меня сучка поимела.
Значит, заранее хотела. Думала. Планировала. Чётко сработала, дождавшись, когда я на разговор с Варом отвлекусь.
И лишь когда трубку повесил, без свидетелей остались… Вот тогда моим доверием воспользовалась.
– Завтра по компромату будет известно, – сообщаю Варвару. – Видно будет. Либо мэр сам расклад прикинет и за помилованием приползёт. Либо его порешаем.
– Давай, на связи. Мота я сейчас заберу. У меня чилить будет. Как раз всё начнётся. Ты же подвалишь? Или пропустишь блядки из-за своей бляди?
Усмехаюсь на эту шутку.
А внутри царапает.
Желанием огрызнуться и заткнуть Варвара.
Потому что нехуй так о Ярославе говорить.
Потому что… По факту говорит.
– Твой праздник не пропущу, – произношу. – Только придумаю куда свой сюрприз приткнуть.
Хмыкаю, разглядывая Ярославу. Её в общество тянуть опасно. Непредсказуемая.
Выкинет что-то. А мне потом снова её ловить.
Нихуя, не будет больше этого.
Никаких побегов, Яра. Не вставляет это больше. Будешь на привязи рядом.
Особенно сейчас. Когда каждый шаг под надзором. И крысы из каждой щели лезут, желая откусить себе кусок.
Поэтому и ментов подгребли. Мэр решил, что может сам город держать. Забыл, кто его на пост усадил. Но я напомню.