Ладно, что я, в самом деле. Сорокалетними лбами командую, а тут со шпаной двадцатилетней не совладаю? Они у меня еще по струнке ходить будут и реагировать на каждый шорох. Выдрессирую, мать родная не узнает.
Я под сопровождения гробовой тишины прошел к длинному преподавательскому столу. Встал лицом к студиозусам и пробежал глазами по лицам. Привычка оценивать ситуацию с ходу уже за годы отработана.
Так, что мы имеем?
Пятнадцать человек. Десять парней и пять девчонок.
Интересно, какая из них Елагина?
Что ж, разберемся по ходу. Но одно могу сказать точно: не представляю, какие из этих расфуфыренных краль потом получатся следователи и дознаватели. Про оперуполномоченных вообще молчу. Тут не то, что автомат в руки страшно дать. Я бы даже водный пистолет половине из этих девчонок не доверил.
С парнями дела обстоят куда веселее. Пару-тройку хоть сейчас взял бы к себе на работу в частное агентство. Остальные ни то ни се, но по окончании универа вполне рискуют стать неплохими спецами.
– Доброе утро, господа студенты, – наконец-то решил я открыть рот и толкнуть приветственную речь. А то глаза у половины навылупку, а другая половина опасливо косится на дверь. Еще секунда промедления, и моя первая пара потерпит фиаско. Ловить буду потом по всем гребаным корпусам.
– Доброе, – послышался нестройный ряд голосов от испуганных до заинтересованных.
Может, реально надо было бороду сбрить, а то на дровосека похож?
Нет. Опоздал бы. Ленка бы покусала.
– А вы… – взлетела рука парнишки в джинсовой рубашке.
– А я ваш новый ночной кошмар. Громов Денис Игоревич, будем знакомы. С этого дня и на ближайшие полгода точно я буду преподавать вам “уголовное право”.
По аудитории полетели удивленные шепотки. Студентики начали переглядываться, а женская половина перемигиваться.
Ну, все, пошло, поехало…
– Скажите мне, все здесь? – спросил я, подтягивая к себе лежащий на столе список с фамилиями.
– Нет. Еще одна девушка немного задерживается. Уже вот-вот… – начал тот же самый парнишка с дальнего ряда, который, очевидно, в этой группе самый смелый. Только его “вот-вот” прервал звук открывшейся в аудиторию двери.
Я и бровью не повел, когда по бетону зашелестели шаги. И глаз от списка не поднял, когда в нос ударил отдаленно знакомый аромат духов. Женских. Но зато когда в ухо ударил до чертиков знакомый голос, сказавший:
– Прошу прощение за опоздание.
Меня аж подбросило. Внутренне. Но тем не менее.
Взгляд я поднимал медленно, как замороженный. Предположительно теми самыми голубыми глазами-льдинками, что доканывают меня каждую, сука, ночь.
Хотя, конечно, надежда на то, что у меня просто съехал чердак, все еще была.
Белые кеды, аккуратные щиколотки, даже не спрашивайте, как я умудрился их так быстро рассмотреть. Просто знал! Стройные ноги, обтянутые в синие джинсы, идеальная попка, потрясно умещающаяся в моих ладонях (это тоже, как клеймо, в мозгу отпечаталось), и хрупкая фигурка, спрятанная за свободной джинсовой рубашкой. Длинная, тонкая белая шея и светлые волосы до плеч, уложенные небрежными волнами.
Яна.
Это была она.
Мучительница. Забравшая с собой мой сон и покой. Вот уже две гребаные недели! Девчонка, которая что-то надломила в моем мозгу, сбежав. А теперь топталась на пороге, смотря мне в глаза своими бездонными голубыми океанами, будучи ошарашенной не меньше, чем я.
– П-простите… – заикаясь, выдала Яна, бегая взглядом с одногруппников на меня и обратно.
Меня же в одно короткое мгновение обуяла изнутри дикая злость. Обожгла. Не на девчонку, на себя. И я рыкнул, не успев скорректировать тон:
– Фамилия!
Янка вздрогнула. А вместе с ней и мои нервы. Вместе с другими стратегически важными частями, которые вставали по стойке смирно неизменно каждое, мать его, утро!
– Е-Елагина. Ульяна Елагина.
Все. Все, на хер, легло. Вот это я конкретно встрял.
Глава 2
Две недели назад. Сочи.