Тимур говорит это, а сам еще ближе придвигается ко мне.
- Ой, смотри, кто это там? – киваю на угол сзади него.
- Где? – он чуть отстраняется и я пользуюсь этим и вскакиваю со стула, отбегаю.
Тимур опять поворачивается ко мне и хмурится.
- Птичка! Иди сюда!
Мотаю головой и пячусь к двери.
Тимур вдруг резко подрывается с места и бежит ко мне.
Я открываю дверь и выбегаю в коридор.
- Стой! – кричит Тимур. – Стой! Все равно догоню! Не зли меня, Птичка!
Я бегу со всей мочи, но в какой-то момент он, все-таки, хватает меня за руку и резко тормозит.
- Сказал же, что догоню! – кладет руки мне на талию и разворачивает к себе. – Куда побежала? Мы же не закончили уроки, - наклоняется.
- Тимур, подожди. Увидят же, - оглядываюсь по сторонам.
- Тебя только это беспокоит? – приподнимает бровь. – То есть все остальное я делаю правильно?
Его лицо приближается ко мне. Я пугливо моргаю, глядя на его приоткрытые губы и чуть отклоняюсь.
Тимур обхватывает меня одной рукой, а второй проводит нежно по волосам. Смотрит на них.
- У тебя такие мягкие волосы, Птичка. Красивые. Мне так нравится трогать их.
И утыкается мне в голову лицом. Пальцами зарывается в волосы и скребет кончиками по коже головы.
У меня мурашки по телу. Это так приятно.
- Знаешь что, Птичка? – шепчет мне в волосы.
Чуть мотаю головой в ответ.
- Мне так нравится вот это, что происходит сейчас со мной. Я не знаю, что это. Но мне нравится.
Я молчу в ответ. Не знаю, что сказать ему. Для меня все происходящее тоже так ново. И непонятно.
- Тимур, мне пора. Поздно уже, - говорю я. Но не хочу, чтобы он отпускал меня. Мне так тепло в его объятиях. Так уютно. Так… безопасно, что ли.
В последнее время все как-то резко поменялось. Меня перестали задирать одноклассники. Нет, я, конечно, до сих пор ловлю на себе презрительные взгляды, но хотя бы ко мне никто не обращается.
И Тимур почти всегда рядом. Он говорит, что так надо. Я не спрашиваю, хотя порой вижу его настороженный взгляд.
Вопрос с формой только так и подвис, но я теперь знаю, что в этом нет вины Тимура. Он не хотел меня подставить. Он сам мне все рассказал. Банк платеж завернул.
Но, когда Тимур предложил мне снова отдать деньгами, я отказалась. Поздно уже.
Во-первых, родители уже в курсе и теперь они точно меня прибьют, если узнают, что за меня заплатил мальчик.
А во-вторых, я боюсь, что опять что-то сорвется. Второго такого разочарования я не перенесу.
Вчера звонил папа и сказал, что школа согласилась дать рассрочку на неделю и со следующей зарплаты папа деньги переведет.
Мне было так неловко во время этого разговора.
Еще и с учебой хуже стало. Я и правда плохо написала последнюю лабораторную по химии и учитель прав. С такими «достижениями» мне даже лучше и не соваться на Олимпиаду.
Но я подтянусь! Обязательно подтянусь.
Обычно когда Тимур отводит меня в мою комнату и уходит, я достаю учебник и еще пару часов читаю, подсвечивая себе телефоном, чтобы не мешать соседкам спать. Глаза залипают, спать хочется ужасно, но я заставляю себя. На утро, правда, голова каменная. Но я должна это сделать. Мне нужна эта Олимпиада.
Вот и сегодня Тимур провожает меня до комнаты, заглядывает в нее, как будто проверяет что-то. Потом опять закрывает дверь.
- Ну, ладно, Птичка, до завтра, - наклоняется и касается своим лбом моего лба. – Не опаздывай на уроки.
- Кто бы говорил, - усмехаюсь и рукой провожу ему по волосам. Жесткие в отличие от моих.
- Я сегодня хорошо занимался? – вдруг спрашивает он. – Был послушным?
- Ну, почти, - недоверчиво смотрю на него. К чему он ведет?
- Мне кажется, я заслужил награду, - улыбается уголком губ.
- Молодец, - шепчу я. Какую еще награду он хочет?
- Из тебя плохой учитель, Птичка, - выдает он и я хмурюсь. – Вот ты тоже сегодня была молодец по английскому. Все правильно повторяла, старалась.
Он говорит это таким тихим голосом, что настораживает меня еще больше.
- Поэтому, я, как твой наставник, считаю, что ты заслужила награду. Тоже.
Моргаю. Ничего не понимаю.
- Какую награду? – шепчу я.
- Вот такую, - шепчет он в ответ и касается своими губами моих губ.
Распахиваю от неожиданности глаза. Мамочки. Он что? Опять целует меня?
Губы у Тимура теплые, мягкие. Он так нежно касается ими меня, что у меня коленки подкашиваются. Но я не даю себе расслабиться. Это что такое еще?!
Упираюсь Тимуру в плечи и толкаю от себя. Отворачиваюсь.
- Ты что?! – смотрю на него изумленно. Он трясет головой и удивленно смотрит на меня. – Не делай так никогда!