— Да неважно, — парень отделился от компании и сел на соседний ряд, — домашку за меня делать будешь?
— Я… э-э-э… — откровенно растерялась, пытаясь подобрать хорошую фразу для отказа. Как-то не хотелось ссориться с одноклассниками в первый день.
— Вов, тебе же домашку Павлова делает, — заржал его друг.
— Да она мне надоела, — тот отмахнулся и повернулся ко мне, — так как? С меня волшебное ничего, с тебя домашка.
М, какие перспективы.
— СМОТРИТЕ! — В класс залетела девушка, обращая на себя внимание всех. — Сокол в коридоре десятиклассника жизни учит!
Класс синхронно подорвался на поиски интересного. Стали толпиться у выхода переругиваясь. Оттаптывали друг другу ноги, фырчали и прикрикивали на впередиидущих. Всем хотелось быстрее посмотреть, что же там происходит.
— Пошли! — Ксюша зачем-то потянула меня за толпой. Я неохотно сопротивлялась ей. Смотреть на драку или еще что-то мне не прельщало. Я не люблю мордобой.
— Зачем?
Она вздохнула, словно я не понимаю главной цели.
— Да там же Сокол!
А, ну да, раз он там, все меняется.
Все же пошла за соседкой по парте. Наверное, снова захотелось увидеть этого странного парня. Потому что иначе я не понимаю, почему меня потянуло туда, откуда я обычно ухожу.
В коридоре уже стала собираться толпа, и я пожалела о своем решении. Нас пихали, толкали. Мне в живот заехали локтем в желании встать поближе к месту события. В моменте я потеряла из виду Ксюшу, и была утащена крупным потоком ребят в самый центр. Теперь я стояла в первом ряду круга, и пробиться обратно не было возможности — ребята стояли очень плотным кольцом и шикали на меня, чтобы я не мешала.
Пришлось скромно встать и повернуться к тем, кто находился в кругу.
Мой незнакомец держал за шкирку того самого десятиклассника. С виду обычный парень в школьной форме. Он скулил и о чем-то молил, походя на трусливого щенка. Но, мне кажется, когда перед тобой стоит накаченный, широкоплечий парень и два его таких же крупных дружка, тут не на шутку станешь бояться.
— Не слышу, — рыкнул на него Сокол. В голосе слышалось презрение. И вообще, держал он его, словно какого-то грязного уличного кота.
— Простите, простите, — молил парень, и Сокол его отпустил. Парень рухнул на пол, продолжая всхлипывать. Из его рук вывалилась бутылка йогурта, прокатившись к ногам обидчика.
Сокол поднял ее, медленно откручивая крышку.
— Не меня просить будешь. Сам знаешь. — А затем наклонил ее и медленно вылил содержимое ему за шкирку. Меня аж перетрусило от ужаса и шока. Что здесь происходит вообще?
Толпа заулюлюкала, словно это было именно то, чего все ждали. А ребята, видимо, хотели зрелища. Жадные до развлечений. Бессовестные и аморальные.
— Не надо… — не соображая, шагнула и встала между ними. В голове какой-то туман, видимо, оттого, что я все еще в прострации после увиденного. Смотреть, как кого-то унижают, просто отвратительно. И они все ужасные, раз им нравится это.
Парень на полу хныкал, размазывая сопли. На рубашке сзади проступило мокрое пятно.
— Уйди отсюда. Даю пять секунд, — процедил Сокол, перекидывая внутреннюю злость с парня на меня. Наши взгляды встретились.
Глава 4
Роза
Меня всю трясло. И от осознания, что совершила сейчас, и от его потемневшего взгляда. Спрятала подрагивающие пальцы за спину. Уйти? Да какой уйти, если меня словно приморозило к этому месту. Я даже ответить ему ничего не могу, потому что застыла. Только хлопала ресницами и умоляюще смотрела в ответ, не решая увести глаза в сторону.
Мир смазался. Кажется, я готова упасть в обморок, потому что атмосфера резко стала давить. Шепотки в толпе, смех, Сокол с его парнями — все смешалось.
Он не дождался от меня реакции и сделал шаг, становясь ближе. Решительно сжал мой локоть и потащил через толпу. Ему благоговейно уступали и расходились в стороны, а в мою сторону отпускали шуточки. А я, как послушная кукла, пошла за ним, даже не понимая, куда меня тащат. Просто передвигала ватными ногами и смотрела на его руку, крепко держащую мою. Сильные, но красивые пальцы, как у пианиста…
Резко дернул дверь класса на себя и втолкнул меня внутрь. Обернулся на толпу и кивнул своим парням.
— Ну все, народ, расходимся. Шоу окончено, — они поняли его и стали всех разгонять. Картинка исчезла, когда Сокол закрыл дверь перед моим носом, оставляя нас вдвоем внутри пустого класса.