На заднем плане, в потрескивающем эфире радио, будто эхом прозвучал удар — глухой, металлический, как будто где-то в глубине города снова пробил тот же колокол.
— Мы не можем вернуться, — резко сказала я, перехватывая взгляд Андрея в зеркале. — Рита сказала быть в городе. Это важно. Если мы уедем сейчас, мы потеряем ту самую нить, что ещё связывает нас с возможностью остановить его.
— Я знаю, что она сказала, — Андрей сжал руль сильнее, костяшки побелели. — Но ты сама всё слышала. Сама видела. Там — нечто, чего даже Рита, возможно, не учла.
— Нет, — тихо, но твёрдо сказал Лука. — Она знала. Она ведьма, Илина. Она видела больше, чем сказала. И если она велела оставаться — значит, это наш бой. Здесь и сейчас.
— Бой? — фыркнул Андрей, в голосе которого прозвучала ирония, замешанная на боли. — Против чего? Эхо проклятия? Голоса из-под земли? Или тени, которая крадёт облики мёртвых?
— Против него, — я повернулась к Андрею. — Против Малхира. И ты знаешь это.
На мгновение повисла тишина. Только двигатель ворчал, а из радио всё ещё доносились странные звуки — словно кто-то под водой пытался что-то сказать.
— Нам нужна точка, — пробормотал Лука, — ориентир. Что-то, за что мы сможем зацепиться, прежде чем всё накроет тьма.
— И Рита — не глупая, — добавила я. — Её дом — защита. Но город — это ключ. Малхир не пришёл сюда просто так. Здесь что-то есть. Что-то древнее.
Андрей резко свернул направо, вглубь переулка, будто приняв решение.
— Тогда держимся вместе, — сказал он. — Без самодеятельности. Если мы что-то почувствуем — не лезем на свет, не геройствуем. Я не... — он запнулся. — Я не хочу терять вас снова.
Лука чуть повернул голову в мою сторону, не говоря ни слова, но в его взгляде я прочитала то же — тревогу, решимость, и что-то ещё, тихое и глубокое.
— Мы не умрём, — прошептала я, — не в этот раз.
Машина остановилась у границы старого квартала. Над улицей склонились готические фасады, будто город сам скрылся в тени.
Я открыла дверь и вышла. В воздухе стояла тревожная тишина, и только колокол вдалеке снова пробил... будто под землёй кто-то ещё не закончил свой путь.
И вот тогда я заметила: на стене дома, в самом углу переулка, свежая метка — та же, что мы видели у Риты. Только теперь в ней была капля чёрного.
— Он оставляет следы, — прошептала я, и кровь в моих жилах похолодела. — Малхир уже внутри.
Я шагнула ближе к стене, всматриваясь в метку. Она пульсировала — нет, казалось, шевелилась, будто в камне билось чужое сердце. Поднесла руку, не касаясь — просто ощущая… дрожь. Не свою. Город дрожал вместе с ней.
— Это не просто знак, — сказала я. — Он питается страхом. Слышите? — я обернулась к Луке и Андрею. — Это не предупреждение. Это — клеймо.
— Проклятие, — тихо произнёс Андрей, подходя ближе. Он посмотрел на метку, потом на меня. — Ты уверена, что Рита знала, на что нас отправляет?
— Она ведьма, — вмешался Лука. — Но не бог. Возможно, она чувствовала только отголоски.
— Или... — Андрей прищурился, — она чувствовала тебя. Потому что это всё снова начинается через тебя, Илина.
— Я знаю, — прошептала я, чувствуя, как воздух вокруг становится гуще. Словно мир сам затаил дыхание, боясь пошевелиться.
Позади нас хлопнула дверца машины. Все трое обернулись, и я увидела фигуру в тени. Невысокая, сутулая, одета в чёрное. Женщина. Гадалка, одна из тех, кто бродил по празднику?
— Призраки прошлого, — сказала она хрипло. — В городе нельзя останавливаться. Он уже разбудил их.
— Кто вы? — шагнул вперёд Лука, голос твёрдый, но сдержанный.
— Он рядом, — продолжила женщина, будто не слыша. — Он ищет. Но теперь не тебя, девочка.
Она посмотрела прямо на меня, и её глаза… были выцветшими, без зрачков. Как у мёртвой. Мурашки побежали по коже.
— Он ищет сердце. Истинное. Связь, что уцелела. То, что его ещё сдерживает.
— И это Илина? — напряжённо спросил Андрей, сделав шаг ко мне.
— Нет, — сказала она. — Она — ключ. Но он ищет того, кого когда-то потерял. Или… кто предал.
Я сжала губы. Сердце бешено билось.
— Лука, — прошептала я, оборачиваясь к нему. — Она про тебя.
Он стоял недвижим, будто услышал это не впервые. Губы сжаты, челюсть напряжена.
— Я знал, что всё сведётся к этому, — сказал он после паузы. — И если он идёт за мной — пусть. Но он не тронет тебя.
— Ты не должен жертвовать собой, — воскликнула я. — Мы вместе. И это не твоя вина, Лука. В прошлой жизни — да. Но теперь…
— Ты думаешь, Малхир отличает прошлое от настоящего? — усмехнулся Андрей, горько. — Он — тень времени. Он пришёл не мстить. Он пришёл закончить начатое.
Женщина исчезла. Просто… исчезла. Исчез её силуэт, и не было ни шагов, ни шороха. Только улица, колокол вдалеке, и свежая кровь на асфальте — капли, ведущие за угол.