Самолёт совершил резкое снижение, и я почувствовала, как давление изменилось. Внешний мир за иллюминатором стал расплывчатым, а затем снова отчётливым, когда мы пронзили облака и увидели земли Брашова. Город раскидывался внизу, как золотая паутина среди гор, которые всё ближе подступали к самолету, их вершины скрывались за облаками. Всё это выглядело как кадры из какого-то старого фильма, словно я не в реальности, а в каком-то другом мире.
Мы приземлились с лёгким толчком, и сразу же залагала турбулентность на земле, создавая чувство, что воздух как бы пронзается через тебя. Самолёт замедлялся, скрипя колёсами по асфальту, и я ощутила облегчение. Всё позади. Мы в Румынии.
Когда двери самолёта открылись, тёплый воздух и запах земли наполнили мои лёгкие. Это был не просто воздух — это было что-то свежее, пахнущее влажной землёй и каким-то местным лесом, смесь запахов которых я сразу запомнила. И в этом воздухе, в нём было что-то загадочное, манящее, будто сам город звал меня к себе.
Петру был рядом, молчаливый, с его привычным спокойным видом, но в его глазах было что-то новое. Он, кажется, ощущал атмосферу этого места. Он не любил лишних слов, и я чувствовала, что ему нравилось держать всё в себе. Но я заметила, как он пытался скрыть интерес, осматривая окрестности, словно ожидал, что кто-то или что-то вдруг появится.
Мы вышли на улицу, и мне сразу бросился в глаза контраст. Высокие, старинные здания, с их крепкими каменными стенами и деревянными окнами, тесно влекущие в себя узкие улочки, куда невозможно было бы войти без риска зацепиться за какие-то старые детали архитектуры. Ветер в лицо, шум вдалеке — смешение звуков, от которых голова слегка кружилась.
– Вижу, вам нравится, – прокомментировал Петру, шагая рядом. Он, казалось, замечал всё.
– Это место… оно будто выходит из книги. – Я вздохнула, чувствуя, как меня поглощает эта атмосфера. Всё здесь было не таким, как в доме. Это был новый мир, и он обещал быть необычным.
Вокруг нас пёстрая толпа, люди с чемоданами, кто-то торопится, кто-то нет. Я почувствовала, как город дышит жизнью — старинный, но живой, полный событий и людей. В его венах бурлила история, и всё это было частью того, что предстояло мне открыть.
Мы подошли к такси. Оно было старым, с потрёпанным сиденьем и слегка развалившейся крышей. Водитель, местный мужчина средних лет, улыбнулся и открыл нам двери.
– Добро пожаловать в Брашов, – сказал он на смеси румынского и английского, и я почувствовала, как его слова будто вступили в ритм города.
Машина завела двигатель, и поехали через городские улицы, которые становились всё более узкими, но от этого только красивее. Лишь на мгновение мне показалось, что мы уже прошли эти места, как будто они были знакомы, как будто я уже где-то видела эти улочки и старинные здания. Это было не просто ощущение, это было что-то более глубокое.
Такси завернуло на одну из улиц в пригороди Брашова, и я увидела перед собой огромные ворота, массивные, как древние вратарь, ведущие в какое-то закрытое место. Мы въехали внутрь, и я поняла, что это не просто гостиница, а какое-то здание с историей. Петру открыл дверь, и я вышла в город, который, кажется, знал меня давно.
Вокруг уже чувствовалась тень, но город не терял своей живости. Его ритм был иной, чем в других местах, будто ты оказался в самом центре времени, где каждое мгновение было драгоценным.
Глава 2
Илина
Ночь в Брашове наступила быстрее, чем я ожидала. Путь из аэропорта был долгим и утомительным, и хотя я физически ощущала усталость, мой разум не мог найти покоя. Как только я легла в кровать, мысли не давали мне расслабиться. Я пыталась успокоиться, но вместо этого меня охватили странные, беспокойные ощущения.
В темноте, закрыв глаза, я погрузилась в сон, но он был не тем, что я ожидала. Это был не тот спокойный и тихий отдых, который я обычно находила после долгих дней. Вместо этого меня охватили кошмары — яркие, пугающие и знакомые, но такие, от которых я не могла избавиться.
Я снова оказалась в каком-то старом, тёмном месте. Мрак, идущий от каждого угла, словно живое существо. В этом месте было холодно, невыносимо холодно, и воздух был пропитан странным ощущением утраты. Я стояла там, одна, не зная, куда идти. Вдруг из тени вышел он — молодой парень, чьё лицо было мне настолько знакомо, что я могла бы назвать его по имени, но не могла вспомнить его точно. Его глаза были полны тоски, будто он ждал меня, но не мог подойти.