Касаш снял камзол и держа его на вытянутой руке, сделал шаг по направлению к девушке.
— К сожалению, во время падения, он немного испачкался, — проговорил он, не сводя глаз с собеседницы. Он остановился в опасной близости от ее клинка. Минлу смотрела на молодого человека задумчиво и казалось чуть-чуть насмешливо.
— Иди к лошади и положи камзол на седло, — приказала она.
— Вам не нужно опасаться меня, — дружелюбно произнес Касаш, — вы можете убрать меч и взять камзол.
— Положи камзол на седло, — повторила девушка.
Молодой человек осторожно обошел кирмианку, подошел к некогда своему коню и аккуратно положил камзол поперек седла.
Минлу неотрывно следила за судебным секретарем.
— Что-нибудь еще? — Спросил тот.
— Да. Рубашку тоже снимай, — сказала девушка.
Без единого возражения молодой человек принялся развязывать тесемки на своей груди.
— Это нежная шийгорская шерсть. Прекрасная выделка. Ткань мягкая, но в тоже время достаточно плотная, в холодную погоду в ней тепло, в жаркую не жарко. Вам очень понравится.
Девушка против воли усмехнулась.
— Тебе бы не судебным секретарем, а торговцем одеждой надо быть.
— Просто мой отец портной и мы с сестрой с детства хорошо разбираемся в тканях, фасонах и пуговицах. — Касаш положил рубашку вместе с камзолом.
Теперь он был по пояс обнажен. Он стоял рядом с лошадью, сжав ладони в кулаки и смотрел на девушку.
— Может быть теперь ты все-таки уйдешь? — Спросила она.
— Вам больше от меня ничего не нужно?
— Штаны и сапоги у меня есть, так что думаю больше ничего.
Молодой человек посмотрел на широкий ремень у себя на поясе. Там же болтался пухленький кожаный кошель.
— У меня есть деньги, — осторожно проговорил Касаш, вообще уже не понимая, что с ним происходит.
— Оставь их себе, — спокойно сказала девушка. — И отойди от лошади.
Касаш отошел и девушка, не спуская с него взгляд, приблизилась к седлу.
— Неужели ты чувствуешь себя виноватым? — Поинтересовалась она.
— Нет. Просто вы мне нравитесь, — честно признался Касаш.
Минлу усмехнулась.
— Удивительно нахальство, если принять во внимание, что сложись все иначе, ты бы сегодня утром руководил моей казнью.
— Я рад, что мне не пришлось, — сказал Касаш.
Вдруг они оба посмотрели на запад. На дороге появился огромный металлический пес на спине которого сидел маленький человечек в синей конусовидной шляпе.
Кит стремительно мчался вперед. В своей пасти он держал черный ремешок, оба конца которого сжимали побелевшие кулачки Талгаро. На лице лоя застыло отчаянье. Он подпрыгивал как мячик на твердой бронированной поверхности робота и каждое приземление отзывалось болью в истерзанном седалище маленького наездника.
Пес подлетел к девушке и сходу ринулся в пространство между ней и полуголым судебным секретарем.
— Все в порядке? — Громко поинтересовался Кит, быстро поворачиваясь головой к молодому человеку. Последний, явно оробев, попятился назад. Металлический пес и так представлял из себя внушительное зрелище, но когда вся эта масса еще и стремительно двигалась, для неподготовленного наблюдателя зрелище становилось просто пугающим.
Пес уселся на задние лапы и Талгаро осторожно съехал к собачьему хвосту.
— О-хо-ох, — прокряхтел лоя, медленно, с кучей болезненных ощущений выпрямился и поправил шляпу и ремни, державшие чехлы пун.
— Ты как, Тал? — Спросил Кит, не спуская своих черных глаз с застывшего молодого человека.
— Бывало и получше, — честно признался лоя. — Такое ощущение будто меня гнали пинками под зад от самой западной границы Агрона.
Кит и девушка усмехнулись.
— Извини, Тал, я предупреждал, что в качестве верхового животного я не очень гожусь.
— Да все нормально, — пробормотал лоя и огляделся. — А что тут у вас происходит? Почему он голый?
Девушка улыбнулась и объяснила:
— Судебный секретарь, обратив внимание на некоторую скудность моего туалета, выразил желание поделится со мной некоторыми предметами своего одеяния.
— Это очень любезно с его стороны, — проговорил Кит. — Но зачем ты тогда обнажила меч?
— Ну, чтобы несколько подогреть его желание. Тем более вы же знаете как двуличны законники, одной рукой дают, другой нож втыкают.
— Это уж точно, — согласился Талгаро.