Элен отвернулась от Галкута.
— А что вообще произошло с туру? — Спросила она у старика. — Почему он так обезумел?
— Я думаю это слайва.
Элен выражением лица и жестом руки, дала понять что не понимает о чем речь и ждет продолжения. Старик чуть усмехнулся, ибо в поведении странного ребенка в диковинной одежде проскальзывали уж слишком взрослые интонации.
— Слайва это маленькое существо, примерно с ваш кулачок, сэви. И этому существу очень нравится кровь туру. Если слайва попадает на тело туру, она тут же присасывается к нему и начинает потихоньку утолять свой голод. Но к сожалению, в отличие от обычных кровососов, эта маленькая тварь заставляет свои жертвы сходить, мягко говоря, с ума. — Старик сделал неопределенный жест рукой. — Никто точно не знает почему так происходит, но слайве по-видимому особо по вкусу кровь, пропитанная яростью и злобой. Причем эта тварь настолько контролирует туру, что может заставлять этих добродушных пастухов, единственный грех которых это вечная страсть к накоплению, творить поистине ужасные вещи. И даже может вводить их в состояние похожего на сон, когда слайва насыщена и желает передохнуть. Однако это случается не часто, ибо это существо прожорливо как сами туру.
— Они нападают только на туру?
— Да, для нас они абсолютно безопасны. Мы им просто не по вкусу.
Элен скользнула взглядом по черному кольцу на мизинце старика.
— И чем это кончается? — Тихо спросила она.
Старик пожал плечами.
— Если слайву не снять, то смертью. Либо бушующего туру убьют те на кого он нападает, либо в конце концов он сдохнет сам от истощения и голода.
Галкут подошел ближе.
— Госпожа Элен, нам нужно уходить, — настойчиво проговорил он. — Здесь нельзя оставаться.
Его поддержал Ринн:
— В самом деле, если этот туру очнется, то у него еще будет достаточно сил чтобы разнести весь этот постоялый двор в щепки. Лучше быть подальше от этого.
Старик поглядел на маленькую девочку.
— А самое интересное, сэви, — сказал он, — что слайвы не живут в этих краях, единственно место где они обитают это леса вокруг Багровых гор, родные земли туру.
— Что вы хотите этим сказать? — Спросила Элен.
— Кто-то сделал это умышленно, — ответил старик.
В кухне повисла тишина.
Галкут сделал еще один шаг вперед.
— Госпожа Элен, мы уходим, — сказал он. — Я отведу вас в безопасное место, а затем вернусь за господином инрэ.
Девочка полностью проигнорировала его слова.
— Зачем? — Спросила она, глядя на старика.
Тот развел руками.
— Откуда мне знать. Когда слайва только попадает на тело жертвы, то туру на некоторое время теряют сознание и находятся в этом состоянии пока маленькая тварь хорошенько не обустроится на новом месте. Возможно кто-то хотел украсть увесистый кошелек этого мехового скряги, возможно кто-то ненавидел этого туру за что-то, возможно кто-то ненавидел Громми Хага и хотел отомстить ему, превратив его заведение в руины. Кто знает? Ясно одно, сама по себе слайва не могла пребыть в «Одинокого пастуха» и жить здесь в ожидании какого-нибудь бродяги с Багровых гор.
— Это наверно сделала та парочка, — вмешался Ринн, — которая так поспешно убралась отсюда перед тем как все это началось.
— Да, они были в комнате туру, — подтвердила Сесилия, — Роза подавала им туда еду.
Элен быстро посмотрела на девушку, на всякий случай убеждаясь что она говорит правду. Затем подумала о молодой служанке.
— Надо вытащить Розу, — сказала девочка, глядя в темные глаза высокого старика. — А то она так и будет сидеть там под столом.
Они оба посмотрели через дверной проем в сторону стола, под которым скрывалась девушка. Последняя сидела на коленях, прижав голову к полу, спрятав лицо в ладонях и не шевелилась.
— Конечно, — согласился старик и сделал шаг, переступая порог кухни.
В следующее мгновение послышался треск дерева и какая-то возня. Старик застыл и посмотрел в сторону откуда шли звуки. Туру медленно поднимался на ноги, раскачивая головой и пытаясь опереться о ближайший стол.
— Назад, — прошептал старик, быстро возвращаясь в кухню и отводя ребенка прочь от проема. — Он очнулся.