— И что же тогда их возбуждает?
Марат улыбнулся.
— Ну-у, как и у всех остальных, сам процесс. Заигрывания, флирт, ласки, поцелуи и так далее.
— Все равно не представляю этого себе. На меня тут недавно напали лесорубы, жаждавшие удовлетворить свою похоть, так я не представляю чтобы было если бы я ходила голой.
— А причем тут одежда? Это люди, которые практически остались животными в своем развитии, одетая вы или раздетая им безразлично. Да и вообще, мне кажется, что полуодетая женщина, или в каком-нибудь обтягивающем костюме, выглядит гораздо более соблазнительнее, чем просто голая женщина.
— Неужели?! — Усмехнулась девушка.
— Мое личное мнение.
В этот момент из темноты возникла лошадиная голова. Посмотрев на голого мужчину, она фыркнула и произнесла голосом Талгаро:
— Клянусь огнедышащим Янку, вам явно не помешали бы хорошие штаны. Что случилось? Вас ограбили?
Марат потрясённо смотрел на лошадиную голову.
— Невероятно…, — пробормотал он. — Конь тоже говорящий!
— Что?! Вас по голове что ли ударили? — Спросил лоя, входя в круг света от костра.
Мужчина уставился на Талгаро.
— Что? — Лоя смотрел на Марата, затем перевел взгляд на девушку, затем на металлического пса. — А-а, ясно. Вы познакомились с Китом и теперь и с конем пытаетесь разговаривать. Но почему вы голый?
— Все нормально, Тал, — сказала Минлу, — это просто жизненная позиция.
— Жизненная позиция?
— Да, стремление быть свободным от всего ненужного, — пояснила девушка. — Кстати, это Талгаро. Талгаро, это Марат. Он из далекой северной деревни, путешествует с односельчанами по свету.
— Очень приятно познакомиться с вами, господин Талгаро, — с традиционной дружелюбной улыбкой проговорил Марат.
Лоя подошел ближе к огню, удивленно глядя на мужчину.
— С каких это пор штаны стали ненужными? — Поинтересовался он.
Марат вздохнул.
— Мы уже довольно продолжительное время обсуждаем с вашими друзьями вопрос моей наготы и мне не хотелось бы повторяться, но говоря в двух словах, вопрос о том носить одежду или не носить это личное дело каждого, не так ли?
Талгаро некоторое время пристально глядел на ночного визитера.
— Это все равно что сказать, что мыться или не мыться это личное дело каждого, — наконец проговорил он.
— Боюсь аналогия не совсем уместна, — возразил Марат. — Вопрос чистоты — это вопрос здоровья.
— И что? Это ведь все равно личное дело каждого. Вы можете не мыться, не стричься, ходить грязным, вонючим и заросшим, не так ли? Допустим вам просто не хочется тратить на это время, а впечатление, которое вы производите на окружающих вас не волнует.
— Грязь и вонь отвратительна, — сказал Марат.
— А можно подумать зрелище вашего хозяйства приносит радость и удовольствие, — очень серьезно произнес Талгаро.
Минлу улыбнулась.
— Вид голого самца народа Омо вам неприятен? — Спокойно спросил Марат.
— Я думаю, по большому счету мне безразлично. Однако мы все живем в обществе, в котором приняты определенные нормы поведения. И нарушение этих норм вряд ли можно счесть привлекательным.
Талгаро пододвинул из кучи дров небольшое бревнышко и сел на него. Откинув свою конусовидную шляпу за спину, он посмотрел на Марата, как бы приглашая того к беседе.
— Нормы нормам рознь, — ответил тот. — В отношении наготы это по большой части просто ханжество.
— А я считаю, что интимный мир человека должен оставаться скрытым от остальных.
— Я с этим согласен, господин Талгаро. Но интимный мир человека находится в глубине его души, а не в его половых органах.
— Клянусь грудями синеокой Брунгильды, половые органы играют в этом определённую роль, — воскликнул лоя.
— Играют, — согласился Марат. — Кстати, упомянутая вами Брунгильда по преданию ездила обнаженной на своей кобыле прикрываясь только своими роскошными длинными волосами.
— Возможно. Но вы не Брунгильда.
— Простите, господин Талгаро, но я все же склонен думать, что ваша неприязнь вызвана не отвращением к виду голого тела как такового, а самим фактом того что кто-то позволяет себе так вести себя.
Кит оглянулся через плечо.
— Кто-то идет, — сказал он.
— Это наверно за мной, засиделся я тут у вас, — с улыбкой произнес Марат. — Мне было очень приятно беседовать со всеми вами.
Из темноты возникла молодая женщина. Из одежды на ней была только короткая юбка. Она робко приблизилась и встала за спиной Марата.