Рослый бородатый разбойник, накинувший петлю на шею кирмианки и сильным рывком поваливший её на спину, теперь спешно приближался к оглушенной, бьющейся в судорогах девушке, наматывая веревку себе на локоть и не ослабляя натяжение аркана. Он собирался связать кирмианку и забрать у неё меч. Киту понадобилась мимолетная доля секунды, чтобы рассчитать все нужные траектории и упреждения и, чуть приоткрыв пасть, он выстрелил маленьким иглоподобным снарядом в яремную вену бородатого мужчины. Тот вздрогнул от укола и растерянно остановился. Синтетический реплицирующий нейротоксин разработанный высокооплачиваемыми биологами StarIntel проник в кровоток человеческого организма и ударил по нервам, блокируя их сигналы. Разбойник зашатался, не в силах больше управлять своими конечностями и вдруг рухнул на пол, словно в нём разом сломались все кости. Тем временем яд вызвал шквал нейромедиаторов тормозящих мозговую деятельность и сознание бородатого погасло как выключенная лампочка.
Вторым пал охотник, набросивший сеть на Талгаро. Он как раз спешил к копошившемуся в сети лоя, держа в правой руке деревянную дубинку. Видимо он намеревался оглушить Талгаро точно также как он глушил птиц и мелких зверей. Охотник свалился лицом вперед буквально в шаге от своего маленького пленника.
Тем временем коренастый бритоголовый малый, которому по замыслу Хишена выпало накидывать аркан на серого пса кирмианки, пыхтя и сопя от натуги, пытался притянуть Кита к себе, чтобы увести его с собой. Первые секунды металлический пёс просто не обращал на это внимание. Сила натяжения веревочной петли, которую могли обеспечить руки могучего крепыша, была совершенно ничтожна по сравнению с мощью робота питавшегося термоядерной энергией. Но после того как непосредственная угроза для Минлу и Талгаро исчезла, Кит позволил себе отвлечься на своего незадачливого пленителя и вонзить отравленную иглу и в него. Бритоголовый разбойник выпустил аркан, как-то нелепо присел, издал некий хриплый выдох и повалился на бок.
Кушаф и четвертый арканщик, который по плану должен был оставаться в запасе и прийти на помощь своим коллегам, только если у них что-нибудь не заладится, стояли без единого движения и оторопело глядели на своих поверженных товарищей. Ни тот, ни другой ничего не понимали.
Стоявший перед столом глава Гроанбурга тоже мало что понимал, но какое-то шестое чувство подсказывало ему, что всё это как-то связано с этой огромной собакой. В конце концов он ясно видел что его люди валились беспомощными мешками на пол только после того как этот пёс смотрел прямо на них. В памяти холодком промелькнуло воспоминание о том как сайтонка уложила Манкруда одним только взглядом. И кроме того насколько же это животное было могучим, если крепыш Дугм, которого Хишен специально отобрал для этой роли, не смог даже заставить собаку хотя бы чуть-чуть наклонить голову, не говоря уже о том чтобы сдвинуть зверя с места. Настроение главы города стремительно падало. Мысли об обладании молодой кирмианкой куда-то улетучились. Он еще не сказал этого себе прямо, но подспудно уже понимал, что снова столкнулся с какой-то чертовщиной. Тем не менее, будучи в первую очередь человеком действия, он вытащил свою широкую саблю и решительно шагнул по направлению к собаке, намереваясь одним ударом расколоть ей череп. В этот момент он не испытывал ещё ни страха, ни сомнений. Пока еще он видел перед собой обычное животное, пусть и достаточно внушительных размеров. Кит зарегистрировал атаку Хишена боковыми камерами, но даже не повернул головы. Он решил на этот раз обойтись без иглометания. Этот большой могучий разодетый человек, своим вероломством, подлостью и низостью сумел вызвать в нем эмоциональный отклик. И квантоволновой мозг собаки вырабатывал ответную реакцию, подстегиваемый всей отпущенной ему блоком переживаний злостью.
Хишен приблизился и нанес удар, страшный рубящий удар сверху-вниз, в его душе уже звенела радостная уверенность, что с глупым псом покончено. Дальше всё произошло с нечеловеческой быстротой. Огромное животное, оторвав от пола передние лапы, совершенно не по-собачьи изогнулось и практически встало на задние. Повернув голову набок, пёс совершенно бесстрашно раскрыл пасть навстречу летящей сабле и в следующий миг его челюсти клацнули и легко перекусили закаленную сталь клинка. Одновременно с этим передние лапы собаки ударили Хишена в грудь. Главе Гроанбурга показалось, что в него врезался несущийся галопом боевой конь. Ребра треснули, сердце остановилось, легкие смялись, выдавив из себя весь воздух. Но даже жуткая боль от удара не смогла перешибить изумленное потрясение, овладевшее Хишеном, когда он, уже отлетая в сторону стола, осознал что глаза зверя пылают ярким синим пламенем.