Судья замолчал.
— И что дальше? — Тут же спросила Элен, сгорая от любопытства.
— Ничего. Он подробно рассказал как всё это случилось, всё что он знал и всё о чем догадывался. Через несколько дней я закончил дело с купцом и уехал, забрав Галкута с собой. А затем, по дороге в Акануран, отпустил его на все четыре стороны.
— Отпустили? — С сомнением проговорила девочка.
— Что, разве я лгу? — Улыбнулся Мастон Лург.
— Нет, — серьезно ответила Элен. — Но как же вы объяснили это остальным? Ведь его считали убийцей сына. Или вы всем рассказали какой злодей этот Кундай и оправдали Галкута?
— Кому остальным? Вне границ Горячих камней Галкут никого не интересовал. Моим гвардейцам было глубоко наплевать на него, они даже не представляли кто это такой. Сказано конвоировать его, они конвоируют, сказано отпустить, отпускают. Просто какой-то полубезумный тощий рыбак с пустыми глазами. Кому он нужен?
— А Кундай?
— А Кундай продолжил счастливо управлять своим мрачным спятившим мирком. Ведь владыка со всех сторон невиновен, безгрешен и даже свят. Во всем виноват лишь дьявол, завладевший слабым ребенком, да его отец, который и стал причиной всего этого, отойдя от истинного учения.
— Как же тогда вышло так что Галкут сейчас с вами?
— Через пару лет он нашел меня и сказал что хочет служить мне, потому что просто не знает что ему еще делать в этой жизни. Выглядел он ужасно, до последней степени изможденный, обросший, нищий бродяга в вонючих обносках и с грязью под ногтями. Я едва узнал его.
— И вы снова помогли ему, — с какой-то двусмысленной интонацией произнесла девочка.
Судья поглядел на нее вопросительно.
— Ты намекаешь что рядом со мной он превратился в преступника и негодяя?
— Да. Вы превратили несчастного человека в преступника и негодяя.
— Что ж значит ему не повезло, — как можно более циничнее ответил Мастон Лург.
Элен, словно потеряв интерес к беседе, отошла в сторону и снова подняла из-под ног какой-то камешек с забавным, как ей показалось, рисунком. Судья тоже был слегка утомлен своим длинным повествованием и кроме того у него пересохло в горле. Он пошел к реке и опустившись на корточки, зачерпнул ладонями воду. Некоторое время он с задумчивой полуулыбкой глядел на прозрачную жидкость у себя в руках. Как же давно он не пил воду вот так, ладонями из реки или озера, без всяких хрустальных бокалов и изящных графинов, обычную чистую воду из обычной случайной реки. Наверное чуть ли не с самого детства. Взор судьи затуманился воспоминаниями.