Мэтр Регоньяк появился только ближе к пяти. К этому времени судья окончательно извёлся и уже готов был ехать к Томасу Халиду и требовать от него немедленно разобраться с безответственным королём. Но уже знакомый, легкий и аккуратный стук в дверь буквально вернул его к жизни, прозвучав для него самой чудесной на свете музыкой.
— Войдите, — пытаясь справиться с волнением, почти прошептал судья.
Старший юрист, каким-то образом расслышав его, а может и не став дожидаться приглашения, вошел в номер и осторожно прикрыл за собой дверь. Увидев какое-то чересчур бледное лицо судьи, он поинтересовался:
— Всё в порядке?
Мастон Лург собственно собирался с силами, чтобы задать тот же самый вопрос. И только кивнул. Мэтр поглядел на него с некоторым сомнением и спросил:
— Вы готовы?
И судья снова кивнул, чувствуя как невыразимое облегчение буквально окрыляет его тело. Вопрос юриста мог означать только одно, их ждут в Геральдической палате.
Окончательно придя в себя и ощутив былую уверенность, Мастон спокойно сообщил, что хотел бы поехать один в собственном экипаже, вслед за каретой старшего юриста, если господин Регоньяк конечно не возражает. Господин Регоньяк не возражал. Доверенное лицо герцога удалилось, а судья, выждав еще несколько минут, сходил в номер 28, забрал сумки с золотом, повесил их через плечо и тщательно укрыл сверху черным судейским плащом. В своей карете, когда они уже тронулись, он зашторил окна, переложил сумки в ящик под сиденьем и запер его на ключ.
И снова судья был взволнован, но теперь это было приятное волнение. Свершалось! Его легкомысленная фантазия, пустое несерьезное мечтание вдруг начало обретать реальную форму. Он словно наблюдал чудо. Уже сегодня, совсем скоро он ни много ни мало станет графом Агронского королевства, приобретет наследственное дворянство со всеми его правами, привилегиями, атрибутами и инсигниями. Он как будто в один миг вознесется над толпой, перешагнет на иной уровень бытия. И с каждой минутой, приближающей его к пышному Гербовому залу в одном из крыльев бесконечного Заль-Вера, ему казалось он физически ощущает как в нём что-то меняется. Осанка становится ровнее, сердце спокойнее, голова выше, рука тверже, взгляд увереннее и снисходительней. И когда он, в сопровождении мэтра Регоньяка, двух почтенных представителей Дворянской ассамблеи и трех офицеров-герольдов, входил в громаду Гербового зала судья чувствовал, что графское достоинство уже наполняет его как новая неизвестная ему энергия.