— Что вам от меня нужно? — Глухо, превозмогая страх и обиду от причинённой боли, спросила Минлу.
— Один важный человек захотел себе новую наложницу и чтобы из кирмианок. Вот тебя и заказали, — охотно объяснил Буш, почесав щетинистую челюсть. Говорил он очень серьезно. — Земля слухами полнится, что ты большая искусница в этом деле. Что скажешь, не прогадали мы? Ты и правда мастерица доставлять удовольствие мужчинам?
Минлу уставилась на него с доверчивым удивлением, на какую-то минуту и правда поверив, что кто-то из сильных мира сего захотел себе экзотическую сексуальную рабыню и выбор почему-то пал на неё.
— Вы ошибаетесь, ничего такого я не умею, — сдавленно сказала девушка.
— Ничего страшного, научишься, — обнадежил Буш и весело захохотал. — Если хочешь, я тебя и научу. — Он поглядел на Дориуса. — А, багар, отдашь мне её в ученицы?
— Смотри как бы она тебя чему-нибудь не научила, — ответил Дориус.
— Я слыхал, что некоторые из кирмианских шлюх умеют доводить мужиков до такого экстаза, что у них останавливается сердце, — вставил Вертик недовольным голосом.
— Ух ты, — восхитился Буш и спросил, обращаясь к девушке: — А ты так умеешь?
Минлу ничего не ответила. Дерзить она уже опасалась, да и кроме того, осознав что Буш насмехался над ней, ей стало стыдно, что она вообще поверила ему.
В этот момент в дверь постучали. Не слишком громко, но уверенно. В комнате сразу же все притихли.
— Что надо? — Не вставая с места, грозно спросил Дориус.
Из-за двери прозвучал молодой голос:
— Господа, вас просят подойти для беседы в Золотую залу, в кабинет три.
Мужчины озадаченно переглянулись.
— Кто это нас там просит? — Всё тем же грозным и недовольным голосом спросил Дориус.
— Господин Сайвар со товарищем, — ответили из-за двери.
Мужчины переглянулись еще более удивленно. Сайвар, молодой племянник валода, еще не был официально назначен дельвом, но уже имел определенный вес в организации. Зола, так и не заведший к 56 годам родных детей, явно ему симпатизировал и не редко осуществлял руководство через племянника, словно тот его прямой и основной заместитель.
— Какого черта он тут делает? — Пробормотал лысый Гидо.
И словно в ответ на это из-за двери объяснили:
— Здесь господин Бэрроу с друзьями. У них какое-то дело до господина Сайвара. И господин Сайвар, зная что вы тоже здесь, господин Дориус, велел позвать вас. Как мне сказали для поддержки и соучастия.
Бэрроу был одним из самых известных и весомых багаров в банде "синих". Он славился своей жестокостью и даже кровожадностью, а также страстью к татуировкам, пышнотелым девицам и молоку. За глаза его частенько так и прозывали: "молочник".
— Вот это жопа, — высказал общую мысль Буш, возбужденно хлопнув себя по бедрам. — Если у Молочника и Сайвара серьезные тёрки, то тут каждый человек на счету. Надо идти на помощь Сайвару.
— Что вообще за нездоровая байда такая?! — Как всегда недовольным голосом, вопросил Вертик и поглядел на багара. — Уж не пожаловали "синие" сюда тоже за этой чикчей?
Бандиты удивленно уставились на него, озадаченные и встревоженные таким предположением.
— Если так, то дело запросто дойдет до ножей, — медленно проговорил Гидо.
— Пускай. Порубаем их в кисель и алга, — зловеще процедил рослый вэлуоннец в морской шапке и положил ладонь на рукоять своей широченной сабли. Однако остальных такая перспектива явно не вдохновляла.
— Никакого киселя и алги, Забой, — сказал Дориус, чуть сердито покосившись на стоявшего слева вэлуоннца. — На территории Дайгеро никаких серьезных разборок никто устраивать не будет. И Молочник тоже. Он хоть и бешенный, но не дурак. — Затем он посмотрел на Вертика. — Валод ничего не говорил о том что "синие" тоже ищут кирмианку. Думаю о таком он бы нас предупредил.
— Может он и сам не знал, — не сдавался Вертик, которому как будто пришлось по вкусу что зачинается такая непростая передряга.
— Подай сюда этого из-за двери, — приказал багар.
Вертик резко открыл дверь и втащил в кабинет худого, высокого, патлатого парня лет восемнадцати. На нём была замызганная и явно ему коротковатая форменная туника "Золотого колеса". Парень, немного согнувшись, словно лежавшая на шее рука Вертика, давила его к земле, испуганно озирал собравшихся в кабинете людей. Однако в его больших светлых глазах кроме страха светилось и любопытство.