— Лорейн, послушай меня, это очень важно, — наконец заговорил дядя. — Собирай вещи, тебе стоит уехать отсюда.
— Но… куда? Зачем? А как же… школа?
— Поживешь пока у Майлза, а там… будет видно.
Лорейн изумленно округлила глаза — вот так поворот! Да она не стала бы соседствовать с кузеном, даже если бы их дом сгорел, и ей было совсем некуда пойти. И, как ей казалось, Клиффорд был в курсе того, насколько у них с братом натянутые отношения.
— Я не понимаю, — призналась она.
— Так нужно, — заверил дядя, — поверь мне. Ну же… собирайся.
Он резко поднялся на ноги, распахнул шкаф и вытащил с его дна старый чемодан Джеральда. И, не подумав спросить разрешения, дядя принялся швырять в распахнутое нутро чемодана все подряд, все вещи Лорейн, что попадались ему под руку. Их было немного и это не заняло времени. Сама она была в настолько глубоком потрясении от происходящего, что не выразила и малейшего протеста.
Следом за одеждой полетели расческа, учебники и тетради с письменного стола. Клиффорд по очереди выдвинул каждый ящик, вытряхивая его содержимое. Вид у него при этом был абсолютно невменяемый. И Лорейн предпочла бы, чтобы он попросту был пьян и словил белую горячку, а не рехнулся вслед за ее отцом и тетей Присциллой. Ей проще было оправдать его внезапный порыв тем, что дядя, будучи слабым и мягким человеком, попросту сломался, лишившись деспотичной жены, постоянно указывавшей ему, что делать и как жить.
— Где он?! — рявкнул дядя, обернувшись к Лорейн. — Где медальон?
Проклятая вещица, как и всегда, болталась у Лорейн на шее, надежно спрятанная под пижамой для сна. Из широкого ворота выглядывала лишь цепочка.
— А… — обронил Клиффорд. — Конечно. Отдай его мне.
— Зачем это? — напряглась она.
— Он должен быть моим, — заявил дядя. — Это я должен был унаследовать его, а не ты. Джеральд меня перехитрил. Он посмеялся надо мной! Я требовал отдать его мне, а он отказался. Сказал, что медальона при нем нет, что он его потерял… Но все эти годы он был у тебя. Он отдал его тебе. Он знал… — Дядя снова принялся расхаживать по комнате — на сей раз бесцельно. — Ему всегда доставалось все, а мне ничего, — продолжал бормотать мужчина, ероша свои седые, сильно поредевшие волосы трясущимися пальцами. — Он должен был стать моим… Он зовет меня… Я не могу спать, я постоянно слышу этот зов… Этот голос. Из-за него с нами и приключились все эти несчастья! Ты заставила его? Ты приказала ему убить их?!
Лорейн покрепче перехватила рукоятку ножа. Она догадалась, что речь идет о Эйдене, но больше из сбивчивой речи дяди ничего не прояснилось. Да и при чем здесь, черт возьми, ее ручной монстр? Он не убивал Тайлера. Лорейн своими глазами видела, как все было. Присцилла еще жива. Кого же он тогда, по мнению дяди, убил?
— Он и сейчас где-то здесь, — глаза Клиффорда метались по сторонам. — Я уверен. Ты не имеешь права делать это. Ты слишком мала, чтобы владеть такой силой. Глупая, злая, мстительная девчонка! Мы заботились о тебе, а чем ты нам отплатила? Ты разрушила мою семью, мою жизнь! За что ты поступаешь так с нами?! Ты можешь все исправить — просто отдай его мне. Отдай мне медальон — и кошмар закончится!
— Дядя, — как могла мягко начала Лорейн, протягивая доверительно открытую ладонь, — пожалуйста, успокойся. Я не понимаю, о чем ты говоришь. Тебе лучше лечь спать. Ты, кажется, перебрал с алкоголем…
— Ничего подобного! — взвился мужчина. — Я трезв, абсолютно трезв! И уже давно. Я искал его. Прислушивался. Он где-то рядом…
— О ком ты говоришь?
— Мамин чертов помощник, — выпалил Клиффорд, — ее персональный мясник. Я думал, она прячет его в подвале, но там никого не было. Он умеет выглядеть как человек… он… и эта старуха… она... Сколько ей, лет сто? Она приглядывала за нами еще детьми и ничуть не изменилась…
— Дядя Клиффорд, — вздохнула Лорейн, — прошу тебя. Ты не в себе.
Она отложила нож и встала, чтобы подойти к нему и увести в его спальню. Ему просто нужно принять успокоительное, — рассудила Лорейн. Или, на худой конец, выпить что-нибудь покрепче, пока у него не случился инфаркт или что-то в таком духе. Увы, Лорейн совершила тактическую ошибку, поддавшись благому намерению и оставшись безоружной. Клиффорд вдруг бросился на нее, пытаясь сорвать с ее шеи медальон. Лорейн зашипела — грубые ладони сомкнулись на ее горле, перекрывая доступ кислороду.
— Отдай! — кричал он. — Отдай его мне! Ты врешь, все врешь! Ты прекрасно знаешь, о чем я! Ты в сговоре с этой тварью! Лгунья!
Сцепившись в неравной схватке, они катались по комнате, снося все на своем пути. Споткнувшись о разваленный на полу чемодан, Лорейн повалилась на входную дверь, утягивая за собой дядю. Они кубарем выкатились в коридор, чтобы продолжить безумную схватку уже там.