Во-первых, не с кем.
А во-вторых, для меня новый год не такой праздник, как для всех остальных. Тётка была очень верующей, и в ночь на первое января мы не сидели за накрытым столом с традиционными блюдами. Никакого оливье, селёдки под шубой и холодца. Мы соблюдали пост.
Тяжко вздохнув, я свернула на соседний ряд и остановилась возле полки с акционными товарами. Банки горошка стояли в ровный ряд и соблазняли красивой картинкой… Я давно не постилась. И начинать снова не хочу. Так что банка горошка отправилась в мою тележку. А затем и маринованные огурцы, и прочие не скоропортящиеся продукты для новогоднего стола. Сама с собой отмечу.
Самый дальний отдел магазина был алкогольным. И на шампанское тоже имелась акция. Взяла две бутылки игристого и, улыбнувшись, вернулась в начало магазина, кидая в корзину с полок яйца, хлеб и молоко. Изучая срок годности молока, я вдруг ощутила нечто странное… И, оторвав взгляд от крышки бутылки, резко обернулась. Молодой человек в чёрной куртке и шапке, стоящий у стеллажа с детским питанием, тут же сделал вид, что его очень сильно интересовало пюре… Только вот я успела заметить, что до этого он смотрел на меня. Поежившись, я пустила по своему телу колючие мурашки.
Странно это.
И неприятно.
Потому что тот мужской взгляд, который я успела поймать, не был простым и любопытным, и мужчина определённо не желал подойти и со мной познакомиться. Он просто наблюдал… а может, следил?
Ну все, у меня начиналась самая настоящая паранойя.
Чёртово письмо и звонок моей начальницы…
Ещё сейчас подумаю, что кто-то из неизвестных мне родственников оставил наследство, вот ко мне и приглядываются. Или, может, на меня положил глаз миллионер, вот и охраняет мой покой. Ага, запал на редактора в тоненьком пуховики и с платком на голове.
Пора для разнообразия заняться редактурой научной литературы…
ГЛАВА 3
Всё-таки я убедила себя в собственной паранойе и пошла на кассу. Сложила продукты в пакеты, но оглянулась по сторонам. Мужчины, который привлек мое внимание, в поле зрения не было.
"Хоть бы до психоза не дойти такими темпами", — подумала я, вспомнив, как несколько месяцев редактировала труды какого-то психолога.
Но если червячок в голове поселился, то его никуда не деть. Я и по дороге до дома несколько раз оглядывалась. Да и какое-то напряжение не отпускало.
Возле подъезда поставила пакеты и снова начала искать ключи. Вот сколько раз зарекалась, что надо класть в карман, так проще искать. Но по привычке снова бросала в сумку. Приложив ключ к домофону, потянула одной рукой дверь на себя, а второй — подхватила пакеты. И снова в меня влетел мальчишка со словами:
— Простите, тётенька.
И куда он постоянно в такое время бегает? Я посмотрела ему вслед и только покачала головой. Район у нас, конечно, не самый респектабельный, но все равно… Куда его родители смотрят? Почему не встречают?
А когда я остановилась у почтовых ящиков, то снова неосознанно потянулась к ключам.
— Здравствуйте, — услышала сразу шаги, а потом и женский голос. — Родственница? — кивнула женщина на почтовый ящик с номером квартиры.
— Купила, — нехотя ответила я, извлекая девственно-белый конверт. — Простите, — позвала я, когда женщина уже дошла до подъездной двери.
Она обернулась и спросила:
— Да?
— А кто в этой квартире жил до меня?
— Да учительница наша, Раиса Николаевна. Половину района учила химии. Дочка ее сразу после школы куда-то уехала, появлялась редко. Вот даже после смерти матери сразу квартиру продала.
Вряд ли бы письма подобного содержания могли быть адресованы учителю химии на пенсии. Да и ее дочери, если она не появлялась здесь много лет. Но и не мне же!
— Спасибо, — вежливо кивнула я.
— Не за что. Я Инна, кстати, — представилась женщина. — В тридцать восьмой живу.
— Поля, — ответила я. — Очень приятно.
От конверта уже начали гореть руки. И как только Инна вышла из подъезда, я уже, не слишком заботясь о сохранности, разорвала конверт. Снова всего два слова, напечатанных на белом листе…
"Игра продолжается".
Я выбросила конверт в картонную коробку, которая стояла под ящиками, чтобы туда сбрасывали рекламные листовки, и пошла наверх.