Увидев свою коробку, вытряхиваю из нее все, чтобы найти карточку, которую дал мне Сколар. Но той нигде нет. Смотрю еще раз... В планах не было ее использовать, и от Лёши я ее скрыла. Неужели потеряла? И кто-то потратил все деньги?
Надо было сразу ее выкинуть. А еще лучше — швырнуть тогда Демьяну в лицо. Интересно, какая там была сумма? Вдруг ее хватило бы, чтобы сейчас «перехватиться»? Во сколько меня оценила эта порядочная с виду сволочь?
Малыш в животе снова пинается. Да так сильно, что я охаю.
— Эй, ты чего разбуянился? — Забыв о наставлениях врача, касаюсь живота, потому что в это мгновение у меня есть только мой ребенок. А я у него. И мне так одиноко. Так страшно.
Неизвестность убивает. И совета попросить не у кого. Если только у Гали, но она, начитавшись и насмотревшись в интернете всякой фигни по психологии, начнет пихать к месту и не к месту свои нравоучения.
Мысли, что за прошедшие полгода я никак не продвинулась в достижении цели, из-за которой, собственно, и приехала в Москву, не обзавелась друзьями, никуда не поступила, ничего вообще не добилась, вызывают сильнейшую апатию. И обвинять в том, что планы не реализованы, можно лишь себя. А хочется — Демьяна. Запудрил мне мозги, соблазнил — и как обошелся?
Проверив еще раз все свои вещи, карту я не нахожу. Странно. И обидно. Потому что я не хотела ничего у Демьяна брать, как бы глупо это ни было. Еще и этот его намек, что я через Мая зацепилась в Москве... Артём плохо на Сколара влияет. Кстати, про него.
Зайдя в соцсети, я отыскиваю аккаунт Марины — и слегка раскрываю рот, пораженная красотой невесты Артёма и самого торжества, которое состоялось недавно. За разглядыванием снимков провожу еще почти полчаса. И даже делаю скриншот того, на котором Демьян. Не знаю зачем. Сердце екнуло, когда его увидела.
Батарейки остается один процент, и я наконец иду на кухню, ставлю телефон на зарядку. Пока готовлю, набираю по громкой связи Лёшу. Он отвечает сразу и поясняет, что только что зашел в номер и сам хотел меня набрать. Наш разговор немного успокаивает и отвлекает. Ну почти. Когда мы касаемся инцидента с Лопыревым и Лёша сообщает, что уже созвонился с адвокатом, и тот настаивает на том, чтобы писать заявление в полицию о вымогательстве, мне снова становится дурно. На кого писать? И нужно ли это делать?.. Если бы не встреча с Демьяном, мы бы даже не знали фамилию.
По-хорошему, отдать бы эти деньги. Под расписку. Но у меня их нет. Не представляю, как спят по ночам бандиты или нечистые на руку люди. Как у них нервы выдерживают этот страх, что однажды разоблачат и могут посадить за решетку? Или лишить жизни. Этими размышлениями я и делюсь с Лёшей, на что он громко хмыкает.
— В одних ситуациях ты очень рассудительная, а в других еще такой ребенок, — с нежностью произносит Май. — С деньгами легко и просто, Миш, живут. А вот таких как мы, тех, кто попроще, послабее, нагибают по полной и на счетчики умудряются ставить.
И то правда.
Выключив плиту, я заканчиваю с приготовлением тунца и салатом.
— Лёш, я тут вещи свои разбирала и не нашла одну папку. Там были… важные документы. Ты не видел? — спрашиваю у него, все еще не в силах выкинуть из головы мысли про карту, которую я последний раз держала в руках… Да, наверное, в тот день, когда ушла от Сколара. Так-то я не планировала ей пользоваться, поэтому забыла и не проверяла.
— Нет, Миш, — отвечает Май. — Да я и со своими-то вещами не помню, куда и что положил. Вернусь, и займемся.
— Да, надо бы… Время быстро пролетит. Кстати, я уже такую красивую кроватку присмотрела...
— Хорошо. Приеду, и покажешь.
Это теперь мое новое хобби и заодно способ расслабиться — ходить по детским магазинам, рассматривать комбинезончики, коляски, кроватки. А когда беру в руки чепчики и носочки, такие крошечные и невероятно милые, сразу же затапливает восторгом. Все бы скупила!
— А, кстати, я с Аминой обещал договориться. Сейчас позвоню. Посидишь завтра дома.
Конечно, нет гарантий, что эти негодяи уже и адрес не знают, но не станут же они дверь выламывать. Да и дел у меня накопилось. Хотя бы теми же самыми коробками заняться и заодно еще раз внимательно посмотреть: может, я карту все-таки куда-то засунула. И если так, то как быть с деньгами? Демьян утверждает, что они потрачены… Не понимаю.