— За отказ от наследства Игнатов дал мне денег. Я взяла. А теперь объявились эти люди и потребовали вернуть его долг. Сказали, что Макар направил их ко мне... Видимо, у него проблемы.
— Вот гнида. — В голосе Демьяна слышна эмоция, и по телу вновь пробегает волна мурашек.
— А еще та карточка, которую ты дал... Я не трогала ее. Ты ведь можешь проверить по выписке, кто, где, когда и какие суммы списывал? Мне она не пригодилась, я не потратила ни рубля. Понятия не имею, куда делись деньги.
Так себе повод для гордости, конечно. Лучше бы воспользовалась и куда-нибудь одна уехала. Наверное. Не знаю. В такие моменты, как этот, на душе становится паршиво и возникает ощущение, что я совершила непоправимую ошибку, связавшись тогда с Лёшей, слишком острое.
— В смысле?
— Я потеряла ее. У меня карты нет.
Снова повисает пауза.
— Миша, тебе через пару часов удобно будет встретиться? И где?
Что? Нет!
— Зачем? Я...
— Ты воспользовалась услугами другого адвоката, и я лишь со слов Игнатова знал, что у вас все благополучно разрешилось. А теперь выясняется, что ты взяла у него деньги. Что за деньги? Кроме расписки, были ли еще какие-то документы? Выписку по счету я сейчас закажу, и мы все выясним. В чем проблема встретиться лично? Твой жених против?
Проблема в том, что я не хочу. Заново увидеться с Демьяном так же страшно, как и Лопыревым. Но лучше, конечно, со Сколаром, чем с тем отморозком. Лучше с ним.
— Ты в клинике? Давай я подъеду туда, там наверняка где-то есть кафе, — предлагает Демьян.
— У меня выходной.
— Где тебе будет удобнее встретиться? — настаивает Сколар.
— В «Нейро», недалеко от работы.
И от моего дома. Хотя, наверное, можно было бы выбрать что-то еще ближе, но все места, которые я знаю… в них мы бываем с Лёшей.
— В семь тридцать. В «Нейро». Возьми все документы, какие есть. — Сколар первым завершает разговор.
Наряду с облегчением от того, что решилась и он наверняка поможет, я испытываю тревогу. Она еще сильнее, чем до звонка.
Я точно выжила из ума. И до этой минуты была уверена, что никаких встреч тет-а-тет не будет. Больше никогда.
Стараясь сохранять остатки спокойствия, иду собираться. Сначала я ищу папку с документами, а потом, осмотрев себя в зеркале, думаю, что надеть. Не хочу, чтобы Сколар узнал о моем положении. Новых насмешек про «зацепилась» тогда точно не избежать.
Задрав футболку, оглядываю живот. Иногда я представляю, что это мог бы быть ребенок Демьяна. Это крайне тупо и дико. Внебрачная связь и беременность… Как вечное напоминание о предательстве.
«Нет-нет. Хватит выживать из ума, — одергиваю себя. — Все, что ни делается, — к лучшему». Хорошо, что я беременна от Мая. Пусть раны еще не до конца зажили, но они затянутся. У меня будет своя семья, уверенность в завтрашнем дне, статус жены, а не любовницы. Будет мой мужчина и оазис спокойствия, где меня ценят, любят и уважают.
Надев костюм оверсайз и пуховик, я выхожу из квартиры. На улице машинально осматриваюсь по сторонам и тут же сажусь в такси.
В кафе я приезжаю раньше Сколара. Когда замечаю его идущим ко мне уверенной походкой, почти не слышу никаких звуков, только свое бешено бьющееся сердце и гул пульса в ушах. И малыш… он будто чувствует мое напряжение и эмоции и резко толкается, заставляя вздрогнуть.
— Привет. — Демьян садится напротив.
Давно забытое волнение нарастает, окутывая с ног до головы. Господи, рядом со Сколаром я по-прежнему не могу себя контролировать. Хотя и пытаюсь.
Глупая это была идея — позвонить и встретиться. Май бы точно не одобрил.
10 глава
Говорить спокойно и с достоинством, никак не давать понять, что я сильно волнуюсь. Что до сих пор переживаю из-за его прошлого поступка. Показывать равнодушие. У меня к нему дело. И не более того.
А на самом деле — эта встреча парализует конечности и ломает внутренние опоры.
Я смотрю на плотно сжатые челюсти Сколара. Ни намека нет на ту самую улыбку, которая еще долго всплывала в памяти, как заевшая кинопленка. Сама всплывала, и в самые неподходящие моменты. Как-то я делала Лёше чай, он мельком улыбнулся моей фразе, и я едва не выронила кружку, вспомнив ту, другую, чужую улыбку.