«Красавица. Сына я, безусловно, хочу, но, наверное, и дочку тоже. Похожую на тебя».
Я таю от этих слов.
Ну вот зачем? Зачем о чем-то сожалеть?..
Разглядываю голые деревья в парке. Когда они вновь покроются листвой, я уже не буду принадлежать себе. Не знаю, как справлюсь с младенцем, мысли об этом пока вызывают сильную тревогу. Хоть и жду своего малыша и очень его люблю, я ведь сама еще ребенок. Который несколько лет ухаживал за больной матерью. Я все же не о детях мечтала, и отказ от прежних планов не добавляет уверенности.
Когда собираюсь переходить дорогу, рядом вдруг останавливается машина. Из нее выходит человек. Даже не оглянувшись по сторонам, он открывает пассажирскую дверь и силой заталкивает меня в салон. От резкого движения живот простреливает такой болью, что я хватаюсь за него и несколько секунд сижу зажмурившись, сосредоточенная на этом ощущении. И страхе, что нам могли навредить.
— А вот и птичка, — басит мужик в приличной одежде, хотя голос у него такой, будто я снова оказалась в кругу пьяных приятелей Петра в своей деревне.
Распахиваю глаза и смотрю на него. Этого человека я вижу впервые.
— Кто вы?.. Что вам от меня нужно?.. — спрашиваю, с огромным трудом подавляя панику и боль. Сцена как из дешевой мелодрамы.
— Что-о, — ухмыляется мужик. — Макарчик нам денег должен. Вот что.
— А я здесь при чем?
Мгновенно понимаю, о каком Макаре речь. Он зачем-то меня недавно искал. Чтобы слить этим мразям?
— Как при чем? Ты же вроде как сестренка его?
— Я отказалась от наследства. У меня ничего нет. Откройте дверь, а свои вопросы решайте с Макаром.
— У нас другая информация. Макарчик сказал, что пожалел тебя и дал пол-ляма. А долги у него... у-у-у, — тянет незнакомец.
— А я здесь при чем? — повторяю, как заведенная.
Мужик хватает меня за лицо. Его улыбка превращается в оскал.
— Ты что, голубоглазая, не понимаешь? Денежки мне нужны. Мои.
Хочу пискнуть, что нет у меня денег, но не успеваю. Он сдавливает щеки так, что рот приоткрывается буквой О. Ухмылка мужика становится шире, словно его забавляет, что я боюсь.
— Плевать мне, от чего ты там отказалась. Как возвращать будешь? Лучше бы, конечно, деньгами, но ты тоже ничего, смазливая. — Он окидывает меня плотоядным взглядом. — Смотри-ка, молчал, что сестренка-то огонь. На пол-ляма правда вряд ли потянешь,а вот тысяч на сто... Ну ладно, сто пятьдесят... В счет долга... Вполне.
По спине прокатывается волна ужаса. Паника, которую я сдерживала, захлестывает с головой, и хочется вдохнуть спасительного нашатыря.
6 глава
— Я… беременна, — выдаю в состоянии полнейшего шока, цепляясь за надежду, что сам этот факт хоть немного приведет в чувство скотину напротив. Может, у него есть хоть зачатки совести и достоинства.
Но ухмылка на лице мужика становится шире и противнее.
— Пол-ляма, — бросает он, отпуская меня. — Ваши договоренности с братцем меня не касаются: кто, кому, что и под какие условия давал. Срок до понедельника. Потом обоих ставлю на счетчик. Ну а беременность — это ж не болезнь. Да и вообще, еще непонятно, чем она закончится, милая… — В его голосе слышится то ли издевка, то ли угроза.
— Я все верну, — обещаю, захлебываясь ужасом, хотя даже не представляю как. Тогда ведь надо отменять сделку, но это явно не быстрый процесс. И возможно ли это в принципе? Господи…
— Лёва, помоги даме выйти.
Буквально в следующее мгновение дверь распахивается, а меня хватают за локоть.
— Я сама! — вскрикиваю, хватаясь за живот, его и так тянет после недавней «вежливости» этого самого Лёвы.
Еще одно такое движение — и прямая дорога в больницу, а мне сейчас туда нельзя. Категорически нельзя.
Пока машина отъезжает, я смотрю ей вслед. Делаю вдох, второй, третий, но легче не становится. Мысли сбиваются, волной накрывает паника, а тело сотрясает мелкая дрожь, словно кто-то пустил по мне ток. Беда пришла откуда не ждали.