Она даже присела ненадолго на поваленное бревно. Посидела, задумчиво кусая костяшки пальцев и глядя в одну точку. Самая большая ее мечта исполнилась. Дайне была дома. Скоро она увидит маму, сестер и всех своих соплеменников.
Надо было идти. Дайне вновь встала на ноги и пошла, заставляя себя идти быстрее. Натыкалась на деревья, подолгу застревала перед каждым оврагом, выбирая наиболее удобное место, чтобы перебраться через него. В памяти всплывало то, что она уже почти забыла и что теперь вдруг стало казаться ей важным.
Икхмо. Его пятеро дев – жестокие и беспощадные красавицы, осуществлявшие казни преступников среди чуа. В основном это были те, кто ослушался вождя. Чуа не воровали друг у друга и не убивали своих. Поэтому преступления были лишь, как теперь сформулировала Дайне, политического характера.
Строгий запрет на общение с бледнолицыми. Мама Гэлилэхи сумела вымолить себе прощение. Чуа приняли даже Дайне – дочь чужака. Примут ли они ее снова?
В жарком лесу Дайне мерзла, как в ледяной воде пещерной реки, сердце сжималось, дрожали пальцы. Мама вымолила прощение за жизнь среди бледнолицых. Конечно, она сделает это и для своей дочери.
Духи леса, я смогу, смогу, смогу.
Никто в племени не знал, куда исчезает время от времени Дайне, самая юная из жриц. Считалось, что она уходит одна в лес для общения с духами и энергией живого леса. Если бы Икхмо узнал, что Дайне на самом деле проводит это время у своего бледнолицего отца, он бы...
Что? Дайне не знала, что мог бы сделать старый вождь, одного взгляда которого боялись самые сильные воины.
И Сердце горы. Дайне хотела вернуться туда и боялась этого. Она не знала, что ждет ее там, но она чувствовала, что должна туда пойти. Обязана. Что-то там ждет ее. И от этого у нее покалывало кожу головы, словно все волосы вставали дыбом.
Произвольное проникновение статично.
Дайне с размаху ударилась ногой о торчащий из земли валун и заскулила от боли. Села на камень и заплакала, сама не зная от чего.
Произвольное проникновение статично.
Духи леса, я так боюсь, боюсь, боюсь.
Но ей больше некуда было идти, так что Дайне встала и пошла дальше.
До пещер чуа было около двух суток пути. Как ни медленно шла Дайне, расстояние между ней и ее кланом неумолимо сокращалось. Ночь она провела на дереве, но ни на минуту не сомкнула глаз. Лежала и смотрела в небо, на луну, смотрящую на нее из-за ветвей в ответ. Постукивала ногой и кусала костяшки пальцев.
Дайне думала о Мэйсоне. Об изгое в собственном племени, ушедшем в мир бледнолицых и сумевшим выжить в нем. Вспоминала его лицо, его голубые глаза. Сейчас бы ей очень не помешал бы рядом человек, на себе испытавший отвержение своего народа.
Рано утром Дайне соскочила с дерева и пошла дальше по лесу. Уже давно этот лес потерял всякие признаки присутствия в нем бледнолицых. Птички бесстрашно скакали по веткам и порхали прямо перед лицом Дайне. Скоро она вышла на звериную тропу, ведущую к безымянному озерцу. Раньше этой тропы здесь не было, как и самого ручья. Очевидно, за эти два года здесь было много дождей и река Юса разлилась.
Возле озерца, совсем маленького и обреченного на пересыхание, Дайне сделала небольшую остановку. Зайдя в воду по пояс, резким движением руки выхватила оттуда одну за другой три рыбешки. Сняла с пояса кинжал Рамиро и выпотрошила рыбок. Съела их сырыми одну за одной, задумчиво глядя куда-то в пространство. Заметила, что проекций вокруг нее стало больше. Золотые, огненно-красные и даже густо-лиловые шары, постоянно носящиеся в небе, сейчас стремились в одном направлении – к проклятому месту.
Произвольное проникновение статично.
Дайне вздрогнула и огляделась по сторонам. Все было тихо и она была одна. Следовало идти дальше.
За озером скоро начинались земли чуа. Дайне чувствовала это, ощущала всей кожей приближение к дому. Иногда ее пальцы начинало покалывать, что означало, что где-то под ее ногами лежит золото. Земли чуа были богаты. Ее соплеменники никогда не придавали большого значения золоту. У Икхмо было много старинных золотых изделий, передающихся из поколения в поколения с тех времен, когда на месте лесов стоял Великий город. Теперь, припоминая эти горшки, кинжалы, статуэтки, Дайне с удивлением понимала, что на них были древнегреческие рисунки, сбор винограда, плавания галер с гребцами, битвы людей со звериными головами, праздники воинов и другие сцены из жизни Древней Греции. Как все эти предметы попали в Колумбию, Дайне не представляла.
Чуа мало что знали о своих предках. Легенды о боге войны Нопту передавались из уст в уста, каждый раз обрастая новыми подробностями. Нопту был последним правителем Великого города и воевал с другими богами. Бог весть, что там было на самом деле, но так как от Великого города остались лишь руины, почти не сохранившиеся до наших дней, очевидно, воевал он не слишком успешно.