Дайне вдруг испугалась, что ее поймают и поспешно вышла из кабинета. Села на свой диванчик в холле и вовремя – дверь переговорной открылась, из нее высунулась Нелли и сказала ей:
- Эй, ты! Зайди, собери чашки и приготовь еще кофе!
Дайне внимательно глянула на нее, но не стала возражать. Успеется. Она все отчетливее понимала, что она будет в этой экспедиции. Вошла в переговорную и принялась собирать пустые чашки, внимательно прислушиваясь к разговору, который шел на английском.
- Времени мало, - говорил профессор. - Я просил вас найти кого-то, кто помог бы нам вывезти сокровища.
- Да, это можно устроить, - ответил толстый американец, Фред Лайонс. – Вы должны будете доставить золото прямо в Доминиканскую Республику. У меня есть хороший друг в Колумбии. Он – очень уважаемый человек в своей стране и может вам помочь в этом. Я попрошу его предоставить вам отряд самых отчаянных головорезов. Они будут сопровождать груз до самой Доминиканской Республики и охранять его.
- Отлично, - Конюхов с энтузиазмом потер руки.
Лайонс громко рассмеялся, остальные присоединились к нему.
- Остался самый пустяк – найти в джунглях Колумбии никому не известную пирамиду, - желчно заметил Дарнел.
- В том, что она существует, сомнений быть не может, - ответил профессор. – Вы же видели снимки спутников НАСА. Наши специалисты определили по ним контур большой древней пирамиды. Нас могли бы ждать мировые открытия, но ведь нужно-то нам другое, а?
- Кстати, дорогой друг, - вновь заметил Дарнел, - как к тебе попали эти снимки?
- Не спрашивай, - добродушно улыбнулся профессор. – У каждого свои источники.
Тут его взгляд случайно упал на Дайне, стоящую с подносом в руках.
- А ты что здесь делаешь? – нахмурился он.
- Я велела ей принести еще кофе, - поспешно ответила Нелли.
- А, ну да. Ну так неси, девочка, что ты стоишь?
- Кто это? – поинтересовался Дарнел, ткнув в сторону Дайне пальцем.
- Да, собственно, никто. Девчонка, индианка. У нас в Москве кого только нету. Просится с нами в экспедицию. Может быть проводником, знает языки, ориентируется в джунглях – с ее слов. Когда у меня выдастся свободная минутка, я поговорю с ней. Она может рассказать что-нибудь полезное для нашего будущего путешествия.
Дарнел смотрел на Дайне так внимательно, что ей стало не по себе.
- Как тебя зовут? – спросил он по-русски.
- Дайне, - ответила она.
- У тебя интересный амулет, Дайне, - похвалил Дарнел.
- Мне мама подарила.
- И что это украшение означает?
- Ничего.
- Так я и думал, - сказал Дарнел. – И татуировка у тебя красивая. Значит, ты индианка? Из какого племени?
- Синду, - ответила Дайне.
- Сколько ты жила в своем племени?
- До четырнадцати лет.
- Что ты говоришь? – воскликнул Дарнел. Все смотрели на него с недоумением, не понимая, чем Дайне его так заинтересовала, но он не обращал ни на кого внимания и продолжал спрашивать на хорошем русском:
- Как же ты попала в Россию?
- Мой папа был русским.
Этот ответ сразил Дарнела. Он пнул под столом своего напарника и у того вдруг тоже просветлели глаза.
- Скажи мне, Дайне, - сладко продолжил Дарнел, - как фамилия твоего папы?
- Савельев, - ответила Дайне, не понимая, какое ему вообще дело. – Денис Савельев.
Оба американца издали восторженный рев и вскочили на ноги. Этим они напугали Дайне и она шарахнулась в сторону, уронив и разбив все кофейные чашки. Профессор Конюхов и его подчиненные смотрели на них с недоумением.
- В чем, собственно, дело? – поинтересовался профессор. – Что вам до нее?
- Дорогой друг, - обернулся к нему Дарнел по-английски, - мы забираем у тебя эту девочку.
***
К деревне бледнолицых, где жил ее отец, Дайне добралась за двое суток неспешного пути. Прогулка оказалась приятной, в дороге Дайне то и дело присаживалась перекусить змеей или пойманной птичкой, срывала фрукты с деревьев и снимала с листьев сочных гусениц и пиявок. Время от времени она взбиралась на дерево повыше, чтобы удостовериться, что она идет к нужной горе, но потом эта надобность отпала, потому что проекции уловили ее намерение и начали показывать ей дорогу, отражая в себе весь лес и путь к деревне отца в виде извилистой линии. Дайне видела в проекции себя, как движущуюся по этой линии точку и если она отклонялась от маршрута, проекция показывала ей это.