Осуна потрогала ушибленное Мисой место на спине и задумчиво села на полу пещеры. Она была самой красивой из трех сестер и уже в девятилетнем возрасте привлекала внимание всех мужчин племени, от юнцов до дряхлых стариков. Ее отец, красивый и смелый воин, погибший в проклятом месте сразу же после зачатия Осуны, не передал ей, однако, своей храбрости. Осуна всегда была тихой, робкой, молчаливой. Ее не привлекали драки и охота. Она даже не любила убивать животных и птиц и предпочитала питаться рыбой и личинками. Миса никогда не упускала случая ударить или укусить ее и Осуна в ответ лишь плакала, а после и вовсе стала бояться поднять на Мису глаза.
Дайне же вышла наружу, села на поляне возле источника и вытянула ноги. Днем ранее ей нанесли ее первые татуировки и она рассматривала кисти своих рук и стопы с глубоким удовлетворением.
Взрослая и сильная. Жрица племени. Почет и уважение. А жизнь-то налаживается.
В этот момент кто-то споткнулся о ее вытянутые ноги и Дайне обмерла, увидев, что это был сам вождь.
Икхмо не просто споткнулся, а полетел на землю, пропахав поляну носом и загрохотав своими золотыми доспехами. Когда Дайне вскочила, не зная, что делать, Икхмо тоже поднялся, подошел к ней и толкнул ее ногой в грудь так, что бедная Дайне перевернулась через голову.
Воины, наблюдавшие эту сцену, завыли и захохотали. Икхмо, вполне удовлетворенный, пошел было дальше, но тут золотой щиток на его ноге вдруг расплавился и потек вниз густым потоком.
- ААААААААА, - закричал Икхмо так, что содрогнулась поляна, лес чуа, а с ними и весь мир. Как всегда, на место событий, видимые лишь помертвевшей Дайне, слетелись отовсюду прозрачные трепещущие проекции и принялись кружить вокруг поляны, запечатлевая в себе происходящее, чтобы потом передать – кому? Этого Дайне никогда не знала.
Девочка развернулась и бросилась бежать в лес. То, что случилось, можно было смело назвать концом света. Оскорбление вождей каралось очень строго, ей еще повезет, если ее просто зарежут, а не сожгут живьем. Такие случаи тоже бывали.
Дайне отбежала совсем недалеко, когда услышала, что кто-то большой и крупный нагоняет ее.
***
Сначала правое и левое сердце Дайне стучали по очереди, после забились синхронно. Ей не сиделось на месте. Она вдруг поняла, что все то время, что ее сила спала, она жила лишь на четверть своих возможностей. Сейчас же она видела четче, слышала лучше, соображала мгновенно. Ей казалось, что через ее тело протекают потоки энергии, похожие на жидкое электричество. Дайне хотелось выскочить из унылого холла старого особняка и побежать, сама не зная куда.
Словно кто-то прибавил контраста и мир вокруг стал еще прекраснее и живее.
Проекции, похожие на сгустки воздуха, кружились вокруг нее, вокруг Игоря, отражали все то, что набрали в себя и записывали новые отражения. Дайне помнила, что проекции могут подчиняться и приказала мысленно одной из них показать ей ее родной лес. Реакции не последовало.
Ничего удивительного. По заказу этого не случалось и раньше. Но все же раньше бывало, что проекции настраивались на мысли Дайне и отражали то, что она хотела видеть.
Возможно, она сможет научиться управлять ими.
Это была интересная мысль, но додумать ее Дайне не успела, потому что в особняке института начали происходить другие события.
Входная дверь отворилась и в холл стремительно вошла немолодая высокая женщина со стянутыми в пучок белыми волосами и в роговых очках.
- Где все? – отрывисто спросила она у вскочившего Игоря. Было видно, что она очень возбуждена.
- Дмитрий уехал в мэрию, - ответил тот, глядя на женщину с удивлением. – Нелли с Олегом здесь.
- Срочно позвони Дмитрию, пусть бросает все и едет сюда, - приказала порывистая дама. – Американцы все же надумали и приедут к нам через полчаса.
- Ничего себе! – воскликнул Игорь и схватился за телефон. Женщина же бросилась куда-то вглубь здания. Через минуту оттуда донеслись гневные крики. Дайне вопросительно посмотрела на Игоря, но тот продолжал быстро говорить что-то в телефонную трубку и ухом не повел.
Крики приблизились и в холле появились трое – белокурая дама, Нелли и невысокий худенький мужчина в очках, с зачесанными назад волосами и личиком ребенка. Серый деловой костюм на нем смотрелся инородным телом, рубашка под ним была расстегнута, вернее, растерзана, а галстук болтался где-то в районе спины.