В такие дни в племени бывает гораздо больше драк и увечий. Непонятное страшит и заставляет обороняться. Дайне тоже хочется скалить зубы, кусаться и рычать, но она знает, что сейчас ей это не поможет.
Ей уже ничего не поможет, кроме великой милости богини Митау, если та будет благосклонна к маленькой и такой еще ничтожной Дайне.
Ягуар неподвижен, как древняя статуя бога войны Нопту, но кончик его хвоста уже начинает понемногу ходить в стороны и все его гибкое тело словно подбирается, настраивается, ждет малейшего сигнала. Если Дайне хотя бы моргнет, если на ней шевельнется хоть волосок – ягуар прыгнет.
Дайне не моргает, но она не сможет стоять так долго. Из глаз уже текут слезы, все тело странно сводит и под кожей словно бегают тысячи букашек. Она не выдержит.
Встреча с ягуаром не означает непременной гибели – иногда можно просто подождать и зверь уйдет. Но не сегодня – сегодня бьется Сердце горы. В жилах Дайне густеет кровь, голова тяжелеет в такт еле заметным монотонным вибрациям. Словно назойливо и однообразно звенят крылышки москита – ззз, ззз, ззз.
Ягуар тоже чувствует все это и он раздражен. Готов напасть.
Дайне может побежать – все чуа бегают очень быстро, но единственное направление, которое ей сейчас доступно – это проклятое место. Ягуар отрезал ей путь к пещерам, так что бежать вперед она не может. Вправо или влево тоже нельзя – для ягуара это возможность сократить свой прыжок по диагонали и тогда он достанет Дайне прежде, чем его лапы коснутся земли. Значит, остается одно.
Развернуться и бежать назад. Туда, где начинается проклятое место и где сейчас бьется Сердце горы. Туда никто не ходит даже в хорошие дни, а сегодня соваться туда – все равно, что нырнуть с головой в топкое болото. И не потому, что там непременно произойдет что-то страшное – просто никто не знает, что именно там происходит и это заставляет индейцев чуа придумывать разные страхи.
Но Дайне выбирает проклятое место. Она не знает, что будет там, но она точно знает, что с ней сделает ягуар.
Дайне резко поворачивается и что есть сил бежит через сельву.
***
Когда прозвенел последний звонок, Дайне выскочила из школы, как из чумного барака и, отойдя подальше от главного входа, из которого с гвалтом валили одноклассники, остановилась и зажмурилась, подставив лицо редким лучам майского солнца.
- Все, - выдохнула она и даже засмеялась негромко от счастья. Она закончила школу. Она смогла это выдержать и теперь она свободна. Дайне даже хотелось проговорить это вслух и она доставила себе эту радость – произнесла четко и по слогам:
- Я. Больше. Никогда. Сюда. Не. Вернусь.
Открыла глаза и увидела трех мальчишек, с которыми проучилась почти четыре года в одном классе. Одному из них, высокому, со светлыми кудрявыми волосами, она оторвала левое ухо. Давно, в первый же день учебы. Теперь это даже не заметно – ухо быстро пришили, а Дайне чуть не выгнали из школы.
Пронесло только потому, что дядя Паша лично переговорил с родителями мальчика и с директрисой. Дайне знала даже сумму, в которую ее опекуну обошелся этот конфликт. Она была ощутимой даже для него.
- Еще раз – и отправлю обратно в детдом, - сказал тогда дядя Паша. – Ты чудовище.
- Да, я чудовище, - легко согласилась Дайне.
Но драться перестала. Этого больше и не требовалось – после происшествия с ухом никто и никогда не задирал ее.
Почти весь класс собирался в парк Горького – кататься на атракционах, есть мороженое, гулять и веселиться. Мальчики покосились на Дайне, но ничего не сказали. Ее никогда не приглашали на такие мероприятия. С ней вообще не разговаривали. Бывали дни, когда ей не удавалось произнести ни слова.
Слава богине Митау, что все кончено. Теперь Дайне станет взрослой и сможет сама распоряжаться своей жизнью. Сможет уехать обратно домой, в родной лес.
Девочка резко развернулась и почти бегом помчалась домой. Впервые за те годы, что она жила в Москве, она напевала себе под нос песенку на языке чуа. В переводе она звучала примерно так:
Не плачь, маленький ягуар
Ведь за ночью всегда приходит день
Не плачь, малыш
Скоро ты снова увидишь солнце.
***
Дайне бежала по лесу, не чувствуя под собой земли, словно летела по воздуху. Ее маленькие ножки, сильные и ловкие, делали свою работу незаметно и без усилий. Спасали своей хозяйке жизнь.
Раз-два, раз-два.
Прожившая всю жизнь в лесу, впитавшая в себя всю накопленную тысячелетиями мудрость предков, Дайне интуитивно знала, как передвигаться по лесу, чтобы не упасть в яму, не споткнуться и не сломать себе ногу, вовремя увернуться от хлесткой ветки, летящей в глаза. Она неслась, как дух леса, а за ней, все ближе и ближе, так же ловко и грациозно, мчался ягуар.