Только мама видела это и она не рассказала об этом никому. И хотя она не перестала наказывать Дайне, все же немного ее остерегалась и ей хотя бы доставалось меньше побоев, чем сестрам.
В другой раз, когда Дайне бежала по поручению мамы в лес, набрать ядовитых черных слизней для наконечников стрел, один из молодых воинов подхватил ее на руки и перебросил другому. Тот поймал визжащую Дайне и бросил ее третьему. Это была обычная шутка молодых парней, не знающих, куда девать силы, но пока Дайне летала с рук на руки, один из огромных валунов, окружавших поляну, вдруг взвился в воздух, оставив после себя глубокую яму, пару раз перевернулся над кронами деревьев и с грохотом воткнулся обратно в землю. Все, кто был на поляне, завизжали и завыли, а Дайне, конечно же, уронили на землю. Икхмо устроил тогда длительное разбирательство, допрашивая каждого о произошедшем и под конец объявил камень священным и велел класть вокруг него дары богу гор.
И хотя никто не называл вслух имени Дайне, но все чуа, включая Икхмо, с тех пор начали смотреть на нее особенными глазами и обходить стороной.
И золото. Это не было самым странным из всего произошедшего с ней, но, наверное, самым неприятным. Дайне начала чувствовать золотые самородки под землей, ее передергивало, когда Икхмо шел мимо в своих золотых доспехах, а когда она однажды случайно забрела в излучину реки Юса, где под водой проходила золотая жила, ее затрясло так, что она даже закричала.
Золото отзывалось в ней вибрацией так же, как Сердце горы когда-то – ззз, ззз, ззз.
***
Дайне вышла из метро, сверилась с адресом, написанным на бумажке и пошла по Таганской улице, внимательно рассматривая номера домов. Возле старинного двухэтажного особнячка, где в дверях курил охранник, она остановилась, спрятала адрес в карман и внимательно рассмотрела и здание, и охранника и табличку на двери:
«Институт исследования древних цивилизаций».
Дайне не спешила заходить внутрь. Она не позвонила предварительно по телефону, боясь, что ей откажут и теперь страх вновь начал пробираться ей в мозг, разъедая ее уверенность, как кислота. Эта экспедиция была ее последней надеждой.
«Духи леса, я смогу, смогу, смогу».
- Тебе чего? – спросил охранник, рассматривающий ее все это время.
- Мне нужно поговорить с профессором Конюховым, - ответила Дайне. Получилось тише, чем она хотела и ей пришлось кашлянуть для того, чтобы вернуть себе нормальный голос.
- Договаривались о встрече?
- Нет.
- Тогда до свидания. Док не принимает никого без предварительной договоренности, - отрезал охранник.
- Но я по поводу работы, - не сдавалась Дайне. – Профессору нужен проводник в путешествии в Колумбию.
- Скажи проводнику, пусть придет сам. Только сначала пусть звонит по телефону, - ответил охранник.
- Я и есть проводник, - уточнила Дайне.
- Ты?
Охраник поднял брови, потом хмыкнул, оглядывая Дайне с головы до ног. Он явно хотел демонстративно захохотать, но заглянул в глаза стоящей перед ним смуглой худенькой девочки в потертых джинсах и почему-то передумал.
- Тебе лет-то сколько? – спросил он вместо этого.
Дайне открыла рот, чтобы ответить, но тут дверь в здание открылась и вышел высокий человек лет шестидесяти на вид. У него были седые волосы, собранные на затылке в хвост и худое умное лицо. Глаза под стеклами очков гневно блестели и шел он быстрым шагом, что-то бормоча себе под нос.
- До свидания, Дмитрий Алексеевич,- почтительно обратился к нему охранник, наспех состряпав серьезное лицо.
- Я еще вернусь, - ответил тот, тяжело дыша. Его возмущение было так велико, что он не сдержался и начал изливать душу первому попавшемуся слушателю.
- Еду в мэрию, - сообщил он. – Наш протест отклонил суд, но я добьюсь своего. Я ученый с мировым именем и это здание принадлежало нашему институту еще со сталинских времен! Они не смеют отнимать его! Я подниму скандал! Позвоню в газеты и на радио!
- Извините, - вклинилась Дайне. – Можно с вами поговорить?
- Уйди ты! – шикнул на нее охранник, как на кошку. – Не лезь.
Профессор не обратил на Дайне никакого внимания.
- Они знают момент, когда нужно бить, - продолжал он, пламенно сверкая глазами. – Именно сейчас, когда я занят важнейшим делом моей жизни, они начали действовать! Но ничего! У меня есть козырь, о котором они не подозревают! Кстати, если американцы приедут, без меня не начинайте.
- Конечно, Дмитрий Алексеевич, - кивнул охранник.