- Да в чем дело? – повысил голос Лайонс и завизжал, когда полицейский схватил его за шиворот и вытащил наружу. Там ему заломили руку и положили лицом на капот лимузина.
- Вам тоже нужно особое приглашение? – осведомился второй сотрудник полиции, обращаясь к Дарнелу.
Тот, глядя на него отчаянными глазами, пытался расстегнуть наручники, но никак не мог попасть ключом в скважину. Полицейский, нагнувшись, поднял руку Дарнела и вместе с ней поднялась и прикованная рука Дайне.
- Рабовладельцы, - с ненавистью сказал полицейский. – Не выйдешь через три секунды – применю шокер.
Дарнел неуклюже выбрался из машины, таща за собой Дайне. Третий полицейский сфотографировал на свой телефон наручники и вырвал из пальцев Дарнела ключ.
Освободив Дайне и отведя ее чуть в сторону, он велел своим коллегам:
- Ведите этих двоих в дежурную.
- Да как вы смеете! – закричал Лайонс, когда полицейский поднял его с капота и потащил обратно к аэропорту. – Я уважаемый человек...
Полицейский согнул его чуть ли не вдвое и повел. Дарнел принял снисходительный вид и пошел следом крайне медленно. Это не понравилось держащему его полицейскому и тот дал ему пинка коленом.
- Давай, - прикрикнул он. – Вы не на родине, грингос.
Дарнелу пришлось пойти поживее, но он все же умудрился сохранить презрительный вид оскорбленного достоинства.
- Пойдем, милая, - обратился третий полицейский к Дайне. – Все позади.
***
В полицейском участке аэропорта Эль-Дорадо Дайне усадили на стул, налили ей кока-колы и даже протерли влажной салфеткой ссадину на руке от наручников. Все трое полицейских смотрели на нее сочувственными взглядами.
- Бедняжка, - сказал тот, что привел ее. – Как тебя зовут?
- Дайне, - ответила она. – Где американцы?
- Не волнуйся, - второй полицейский достал из ящика стола какой-то бланк и принялся заполнять графы. – Они в камере, после мы увезем их в Боготу в тюрьму. Расскажи, куда они тебя везли и что хотели с тобой сделать.
- Мы встретились в России, - начала рассказывать Дайне. – Эти сеньоры узнали, что я родом из одной деревни, где проходит еще никому не известная золотая жила. Наши жители понемногу разрабатывают ее, добывают и продают золотые самородки. Эти американцы заставили меня поехать с ними в Колумбию, чтобы я точно показала им, где это место. Они хотят построить там золотой рудник.
- Вот сволочи! – воскликнул первый.
Второй же, сделав первому знак рукой, вкрадчиво поинтересовался:
- Скажи, Дайне, а ты правда знаешь место, где проходит еще никому не известная золотая жила?
- Да, сеньор, - Дайне смотрела на него так невинно, как только могла. – Это недалеко от моей деревни.
- А где твоя деревня? – полицейский посмотрел на своих коллег и те тоже стали очень внимательны. Глаза их напоминали сочащиеся медом соты.
- На север от Факатативы, - ответила Дайне.
- Ох, черт! – выдохнул один из полицейских в экстазе.
- Милая Дайне, - сказал первый. – Меня, кстати, зовут Гонсало Рамирес. Я очень переживаю... нет, мы все трое очень переживаем за тебя и поэтому хотим лично отвезти тебя в твою прекрасную деревню. Ты же не против показать нам то место, где ваши жители находят золотые самородки?
- Ну конечно не против, - Дайне хлопнула глазами, улыбнулась, растянув губы до ушей. – Вы такие добрые, прямо как мой папа.
- Мы даже добрее, - заверил ее Гонсало Рамирес. – Посиди минуту, мы уладим кое-какие формальности.
С этими словами он вскочил со стула и выбежал из кабинета вместе со вторым полицейским. Сторожить Дайне остался третий, молодой тощий парень со следами подростковых фурункулов на лице. Он явно не знал, что сказать и томился воцарившимся молчанием, особенно для него неловким, потому что Дайне, не стесняясь, разглядывала его все это время.
Спустя десять минут в помещение ворвался Гонсало Рамирес.
- Получилось! – крикнул он. – Мендоса дал нам троим отгул на три дня. Пришлось, правда, взять его в долю...
Он не договорил. Дверь в дежурку открылась и на пороге предстал человек с развернутым синим удостоверением в руке.
- Полковник Лукас, служба национальной безопасности Колумбии, - его голос, казалось, звучал с самого неба. Полицейские мгновенно стали зелеными от страха.
Дайне смотрела на человека, прищурившись. Это был тот самый тип из самолета, с газетой. Теперь он не скрывал своего к ней интереса и тоже сверлил ее взглядом в упор.
- Пойдем, - велел он ей, подал ей руку, поднял со стула и увел, не обращая больше внимания на полицейских, сбившихся в кучу у стола.
***