- Лукас - не самый лучший человек, - заметила Дайне. – Он же держит в рабстве девушек! И это только то, что сразу бросается в глаза. Наверняка есть еще много всего.
- Начо не идеал, - согласился Мэйсон. – Он живет по законам мира бледнолицых, по законам мира, в котором он родился и прожил всю жизнь.
- Ты бы правда переспал со мной, не окажись я чуа?
- Нет, - ответил Мэйсон. – Я сразу сказал Начо, что не буду пользоваться услугами его гарема, но он сказал, что приготовил мне сюрприз, от которого я точно не откажусь. Мне стало любопытно.
Мэйсон помолчал.
- И сюрприз удался. Я сразу понял, что ты чуа, по амулету и по татуировкам. И по запаху. Начо верит своей жене и считает ее чистокровной индианкой. На самом деле она из Бразилии. Охотница на миллионеров. Ничего интересного. Но ты… Как ты попала в этот притон?
- Долгая история, - ответила Дайне, но все же вкратце рассказала. – Лукас отобрал меня у своры полицейских, которые хотели, чтобы я показала им золотое месторождение.
- Ты знаешь, где находится золотое месторождение? – удивился Мэйсон.
- Нет, это я придумала. Ничего больше не пришло в голову. Я не собираюсь показывать людям золотые жилы. Они сразу превратят меня в машину для добывания денег, а земли чуа – в огромный золотой рудник.
Мэйсон сосредоточенно потер лоб.
- Подожди… Ты хочешь сказать, что знаешь, где на территории чуа проходит золотая жила?
- Не жила, а жилы. Люди слепы. Они не могут видеть то, что вижу я. Из того количества золота, что есть в Южной Америке, найдена и разработана только малая часть. Капля в море.
- Но… если ты случайно узнала, где в Колумбии находится золото, почему ты сама не попробуешь воспользоваться им?
- Не случайно, - возразила Дайне. – Я умею видеть золото под землей и чувствовать его. Но это не важно. Мне не нужно золото. Тем более я не хочу губить лес ради его добычи.
- Никто не может чувствовать золото, - как-то неуверенно ответил Мэйсон. Его голубые глаза смотрели на Дайне со странным выражением.
- В твоем заднем кармане лежит что-то золотое, - сказала она, раздосадованная тем, что ей не верят. Мэйсон сунул руку в задний карман своих брюк и вынул оттуда золотой портсигар.
- Подарок Начо, - сказал он. – Но ты могла его увидеть и так. Я часто курю.
- Еще я чувствую золото вот здесь, - сказала Дайне и осторожно коснулась его нижней челюсти.
- Правда, - ошеломленно сказал Мэйсон. – Золотая коронка на самом заднем зубе. Ее никто никогда не видит...
Он замолчал, но все еще смотрел на Дайне, чуть прищурившись.
- Подожди минутку, - сказал наконец Мэйсон и нажал кнопку вызова прислуги. Явился молодой мулат в строгом костюме. Мэйсон протянул ему свой портсигар и велел спрятать его в соседней комнате. Мулат, ничем не выдав удивления, исполнил приказание.
- Сможешь найти портсигар? – спросил Мэйсон и тут же смутился: - Прости, но я просто не могу тебе поверить.
Дайне решила не спорить и прошла в соседнюю комнату. Мэйсон шел следом и пристально смотрел на нее. Она без колебаний прошла к стоящему там дивану и вытащила из-за его спинки портсигар.
- Достаточно? – спросила она, протягивая Мэйсону его вещь. Тот кивнул, глядя на нее задумчиво. Они вернулись обратно и сели.
- Я мечтаю уехать в Соединенные Штаты, - сказал Мэйсон. – Это очень хорошая, богатая страна. Ты не хотела бы побывать там?
- Нет, - ответила Дайне. - Я хочу вернуться домой, в свой клан.
- Вряд ли у тебя это получится, - сказал Мэйсон. – Отсюда невозможно сбежать.
- Да, будет трудно, - согласилась она. – Но я чуа. Попробую.
- Тебя просто убьют. Ты не знаешь компаньерос Лукаса. Они сначала стреляют, а потом думают.
Дайне пожала плечами.
- Я помогу тебе, - вдруг вызвался Мэйсон. – Я проведу тебя за ворота.
- Зачем тебе это? – удивилась Дайне. – Лукас не позволит тебе это сделать. Он помешан на индианках чуа.
- Начо не обеднеет, - фыркнул Мэйсон и поднялся. – У него в гареме женщин больше, чем он в состоянии поиметь. Он забудет о тебе через неделю. Пойдем. Моя соплеменница не должна быть в гареме.
Мэйсон подал Дайне руку и поднял с кресла. Она задержала его ладонь в своей, рассматривая. Кожа его была совсем белой, белее даже, чем у всегда незагорелых русских людей.
- Почему ты родился белым? – спросила она.
- Я альбинос, - ответил Мэйсон. – Такое бывает. Иногда даже у чернокожих рождаются белые дети. Пошли.
Он покрепче перехватил ее руку и повел из спальни. Через пару шагов Дайне снова остановила его.
- Как тебя зовут на самом деле? – спросила она. – Как тебя назвала мать?