- Иди, - сказала Дайне Луизе и подтолкнула ее в сторону деревни. – Иди к своим.
- Ты не пойдешь со мной? - Луиза впервые обратила внимание, что Дайне не такая, как она. – Кто ты? Откуда?
- Я Дайне, девушка из сельвы, - ответилаДайне. – И мне пора.
Она повернулась спиной к Луизе, но не успела сделать и двух шагов. Позади нее раздался легкий шум рассекаемого воздуха, и на ее голову обрушилось что-то тяжелое. Дайне невольно дотронулась до макушки рукой и упала. Сознания она не потеряла, но не могла и пошевелиться. Голова была готова разорваться в клочки. Она увидела склонившуюся над ней Луизу. В руке у нее был камень. Она снова занесла его над головой Дайне и закричала:
- Чарли! Чарли! Очнись, кретин!
Ружье выпало у Чарли из рук. Он вздрогнул и огляделся, как невовремя разбуженный человек.
- Что? Что случилось?
- Это я тебя должна спросить, что случилось, - сказала Луиза. – Что вы оба вдруг застыли, как статуи?
- Ты разве не видела? – спросил Хосе. После того, как невидимая сила разжала свои тиски, они с Чарли оба обмякли и выглядели смертельно уставшими.
- Нас парализовало, - продолжал Хосе. – Мы не могли и пошевелиться!
- Ребята, вы скоро совсем с катушек съедете от кокаина, - усмехнулась Луиза. – Дайте наручники.
Чарли отстегнул от пояса наручники и бросил их ей. Луиза сковала Дайне руки за спиной.
- Все, теперь она наша, - Луиза вздохнула облегченно. Потом оглядела мужчин:
- Вы хоть поняли, кто она такая?
- Монстр, - Чарли смотрел на Дайне, как на ядовитую змею. – Вы видели, что она сделала с Хосе и с Сантьяго? Хосе, как твоя рука?
- Вроде отходит…, - неуверенно сказал Хосе, двигая все еще вялой рукой.
- А Сантьяго плоховат, - заметил Чарли, подходя к лежащему навзничь напарнику и шевеля его ногой. Глаза у Сантьяго были открыты и смотрели с ужасом. Он слабо двигал губами, стараясь что-то сказать, но пока что выходило из рук вон. Для полного восстановления ему нужно было подождать по крайней мере часов восемь.
Луиза подняла Дайне на ноги. Дайне стояла, шатаясь. Голова у нее еще кружилась и пульсировала от боли. Как она могла решить, что Луизе нет и восемнадцати? Сейчас, даже в лунном свете, было отчетливо видно, что ей не меньше двадцати пяти. Опытная, все повидавшая и циничная женщина.
Чарли оглядел Дайне с ног до головы непонимающим взглядом.
- Ты думаешь, это сделала она? – спросил он.
- Я видела это собственными глазами, - подтвердила Луиза. – Она ткнула их обоих пальцем. Хосе в руку, а Сантьяго – в шею.
- Ведьма! – прошипел Хосе, замахиваясь на Дайне левой рукой. – Сжечь ее на костре прямо здесь!
- Да подожди ты! – прервал его Чарли. – Я понял, кто перед нами!
- Неужели? – Луиза насмешливо покосилась на него.
- Девчонка из гарема Лукаса, - сказал Чарли. – Та самая, за которую назначена награда в сто тысяч долларов!
- Вот именно, - подтвердила Луиза. – Я сразу заметила ее татуировки. И внешность совпадает.
- Я просто не ожидал, что она будет полуголой, - сказал Чарли, оправдываясь за свою несообразительность.
- Конечно, не ожидал, - язвительно хмыкнула Луиза. – И до сих пор смотришь на нее, как на конфету и ничего не соображаешь!
- Помолчала бы! – рявкнул Чарли, снова беря на себя роль лидера. – Я тебя еще не простил! Шлюха!
С этими словами он ударил Луизу по лицу. Та отшатнулась, но не упала. Стояла молча, прижав руку к левой щеке.
- Чарли, не время, - предостерег его Хосе. – Надо сматываться.
- Она сбежала с этим деревенским олухом! – продолжал бушевать Чарли. – Она мне изменила!
- Чарли, ты отомстил, - продолжал увещевать его Хосе. – Ты повесил олуха на дереве, и спалил всю деревню. Надо убираться отсюда. Скоро явятся войска.
- Плевать на войска, - пробурчал Чарли, впрочем, сдаваясь. – Ладно, пошли. Отвезем девчонку к Дону, пусть сам с ней разбирается. И остальным ничего не говорить. Пусть думают, что это просто индианка.
Он пошел первым. Хосе, поднатужившись, поднял на плечо неподвижного Сантьяго и последовал за ним.
- Пошла, - Луиза взяла Дайне за локоть и толкнула вперед.
***
Привычный мир Дайне был прежним и в то же время совершенно изменился. По-прежнему вокруг нее висели и перемещались проекции, по-прежнему в сиреневой ночи летали и перемещались объекты, название которым она не могла дать, но саму Дайне словно отключили от этого мира и она больше не была его частью. Могла лишь наблюдать за ним, но не влиять на него.
Из раны на голове струилась кровь и невидимая оболочка Дайне была разрушена. Энергия больше не шла через ее тело двумя параллельными потоками, она словно растворялась в ране и растекалась по воздуху, минуя Дайне. Ее второе сердце впустую гоняло кровь. Ее сила исчезла.