На этом альбом заканчивался. Американцы выжидающе посмотрели на Дайне.
- Я пока не знаю, - сказала она. – Давайте думать. Наверное, на этих фотографиях есть что-то.
Они стали внимательно осматривать каждую карточку, переворачивая их и так и этак.
- Что-то общее, - бормотал Дарнел в ажитации. – У них у всех должно быть что-то общее.
- Одна общая деталь, - вторил ему Лайонс. – Они все разные, но что-то должно быть…
Прошло пятнадцать минут. У Дайне уже заболели глаза от такого внимательного разглядывания, но Лайонс с Дарнелом не знали усталости. Повертев карточки, просмотрев их на свет и попробовав на зуб, они решили зайти с другой стороны.
- Фред, бери ручку и пиши, - сказал Дарнел. – Я буду говорить тебе все то, что есть на фотографиях, а ты записывай. Потом сверим записи и найдем то, что есть общего между ними.
Идей была хорошей. Лайонс достал золотой «Паркер», уцелевший после всех передряг и начал записывать на обратной стороне одной из фотографий.
- Женщина, в рубахе, в руке мачете, за спиной колчан, в другой руке ягуар, на шее медальон. Стоит на фоне кустов с красными цветами, в углу фотографии чей-то ботинок. Теперь вторая карточка: девочка, на дереве, в зубах змея, на шее медальон….
- Стоп!!! – закричал Лайонс так пронзительно, что Дайне подпрыгнула на месте и на секунду чуть расплескала живущую в ней энергию. Хижину качнуло, но она не рухнула, к счастью.
- Медальон! – продолжал орать Лайонс, тыча пальцем в фотографии. – Смотри, Алекс! На каждой фотографии есть этот медальон! На девочке! И на женщине!
Дарнел трясущейся рукой перебрал фотографии и убедился что напарник прав. Потом они оба посмотрели на Дайне. Вернее, на ее грудь, где висел подаренный ей мамой амулет для защиты от бога вечного сна.
- Не может быть, - прошептал Дарнел. – Все это время архив был у нее?
Дайне была удивлена не меньше их. Сняла амулет с шеи. Он был сделан из кости обезьяны, очень прочной. На нем были вырезаны символы, смысла которых не понимал ни один чуа, но все знали, что они отпугивают бога вечного сна. В амулете не было отверстий и это означало, что придется разломить его, чтобы узнать, есть ли там что-то внутри.
- Дай, - попросил Лайонс, вытягивая руку.
- Я сама, - ответила Дайне. Огляделась и заметила в углу камень. Взяла его, положила амулет на более или менее целую доску, оставшуюся после падения полки, и несколько раз ударила по амулету. После третьего удара он распался на две части.
Кость оказалась полой изнутри. Дайне подобрала и внимательно осмотрела обе половинки. Потом передала их американцам, чтобы и те убедились в том, что в амулете ничего нет.
- Черт, - пробормотал Дарнел и ударил себя кулаком по ляжке. – Хоть бы что-нибудь было просто.
- Просто давайте думать дальше, - сказала Дайне.
- Давайте, - согласился Лайонс и после этого наступила тишина.
- Когда твоего отца нашли, дом наверняка обыскали, - задумчиво протянул наконец Дарнел. – Архив не нашли. Более того, на допросах твой отец упорно отрицал существование архива. Говорил, что уничтожил его, хотя ему предлагали почти полное помилование, если он выдаст все свои контакты.
- Он был, - подхватил Лайонс, - весьма практичным человеком. Почему он не сделал этого? Либо он и правда успел уничтожить архив, во что лично я не верю, потому что архив был его страховкой как раз на такой случай, либо...
- Либо у него были очень веские причины не выдавать архиа, - сказал Дарнел и оба американца посмотрели на Дайне странным взглядом.
- Но я и правда.... – начала было Дайне и вдруг вспомнила.
В день, когда отец подарил ей белое платье, в день, когда его и ее забрали в Москву, он подарил ей серебряный доллар. Тот, что она сняла тогда с шеи, чтобы рассмотреть, но так и не успела.
Ни рассмотреть, ни надеть обратно.
Дайне повернулась и выскочила из хижины. Оба американца бросились за ней. Дайне упала на колени возле бревна, на котором тогда сидела и принялась ощупывать землю руками.
Два года. За это время прошло много дождей, выросло много травы. Доллар мог найти кто угодно. Любой из соседей мог свободно ходить здесь.