— Нет, только на пристани…
— Ну и правильно. Докерские запросто могут обобрать, а то и зарезать, коли придешь один; но только не в пятницу.
— Может, не надо, а? Томми…
— Не боись! — мальчишка подмигнул. — Сегодня вход в доки свободный, нас никто пальцем не тронет. Такая традиция.
Клариссе отнюдь не улыбалось искать на свою голову приключений, но Томми загорелся идеей и слушать ничего не хотел. До порта было далековато: чтобы скрасить дорогу, дети за тавро купили у лоточницы пару жареных пирожков с мясом и луком.
От восхитительного острого запаха у Клариссы закружилась голова; девочка с наслаждением погрузила зубки в горячий маслянистый бок. Уплетая за обе щеки лакомство, они шагали по тротуару.
— Мы что, будем смотреть, как боксируют? — уточнила Кларисса спустя несколько минут. — Я однажды видела… Двое мастеровых дрались во дворе, в таких смешных кожаных рукавицах, толстых-претолстых!
— Так это «господский» бокс! — снисходительно ответил Томми. — Куда ему до портового!
— А чем они отличаются?
— Ну как тебе объяснить… Да всем! — От полноты чувств мальчик взмахнул руками. — Снежинка, ты сама все увидишь, что рассказывать!
Кларисса в очередной раз поразилась тому, насколько хорошо Томми знал город. Сама она в два счета заплутала бы, потеряв дорогу, особенно в районе доков.
Бои проводились в приземистом дощатом бараке. Мальчишка, года на два старше Томми, собирал входную плату.
— А я тебя помню! — присмотрелся Клариссин спутник. — Мы дрались месяц назад, ты еще палкой меня по ребрам вытянул, гад!
— Хочешь это обсудить? — невозмутимо сказал мальчишка.
— В другой раз! — буркнул Томми.
— С вас тавро за двоих.
Внутри толпились люди. Публика здесь собралась самая разная. Среди докеров и моряков то и дело попадались господа в дорогом платье, с нафабренными усами и золотыми печатками на пальцах. Пронырливые маклеры сновали из стороны в сторону, ввинчивались в толпу, принимая ставки. Почти все курили, сизый дым висел в воздухе неподвижными волнами. Рингом служил утоптанный земляной пол; роль ограждения исполняли зрители. «Мы же ничего не увидим» — хотела сказать девочка, но Томми с ловкостью кошки вскарабкался на стропила и протянул ей руку. Кларисса опасливо влезла наверх и устроилась рядом. Томми, оседлав толстую балку, беспечно болтал ногами в полуметре над чьей-то макушкой.
— Самые козырные места! — подмигнул он. — Здесь лучше всего видно.
Шум в бараке постепенно нарастал. Наконец толпу стремительно прошил какой-то малый в шляпе-котелке, матросских парусиновых клешах и кожаной жилетке на голое тело. Выскочив на ринг, он высоко подпрыгнул, вскинув над головой сжатые кулаки. Публика разразилась приветственными возгласами.
— Его зовут Фредди Попрыгунчик, — поделился Томми. — Чертовски быстрый парень, вот что я тебе скажу!
У дверей вновь наметилось движение. Люди раздались в стороны; к рингу важно прошествовал здоровенный мужчина с выбритой до синевы головой. Окладистая борода спускалась ему на грудь.
— Ух ты! Это Барсий-итанец! Подфартило нам, Снежинка; они оба — чемпионы… Драчка будет что надо!
Бритоголовый лениво шевельнул плечами, сбрасывая халат. Он был обнажен по пояс; могучий, но уже слегка ожиревший торс украшали густые заросли черных курчавых волос. Итанец, казалось, в упор не видит соперника. Повернувшись к нему спиной, он требовательно протянул руку. Из толпы передали что-то, как оказалось — маленький пестрый коврик, свернутый в рулон. Раскатав его, бритоголовый встал на колени и принялся отбивать поклоны, во весь голос затянув какую-то унылую песню.
— Что это он? — осведомилась Кларисса, не на шутку заинтригованная действом. Девочка понимала, что ей здесь не место, но ощущение запретности происходящего только подогревало интерес.
— Молится перед боем, — объяснил Томми. — По-своему, на кулгушти; он же итанец.
Фреду, однако, быстро надоело ждать: он сорвал с головы шляпу, не глядя сунул ее в толпу и, с легкостью кузнечика подскочив к бритоголовому, со всей силы хлобыстнул его ногой в лоб.
Кларисса ахнула. Барсий повалился на спину, словно куль муки. Толпа неистовствовала.
Фред исполнил посреди ринга какой-то варварский танец.
— Погоди, это только начало, — хмыкнул Томми. — Видишь, он уже очухался.
Барсий шевельнулся и сел, мотая головой. На лбу его отчетливо пропечатался ярко-алый след. Посидев немного, он вдруг резким рывком вскочил на ноги. Заплывшая жиром грудь колыхнулась. Фред Попрыгунчик был начеку; подлетев к противнику, он обрушил на него град ударов. Кулаки так и мелькали. Звук был, словно отбивают мясо — звонкие, сочные шлепки. Барсий не отвечал, прижимая подбородок к груди и закрываясь руками; но вот нога его хлестнула, описывая полукруг, — и врезалась в бедро Попрыгунчика. Фред рухнул на одно колено, спустя миг кулак бритоголового попал ему в скулу. Попрыгунчик упал на ринг, но тут же встал и в свою очередь лягнул итанца ногой. Барсий даже не пошатнулся. Некоторое время они кружили друг против друга, обмениваясь нечастыми ударами; а потом Фред вдруг подскочил вплотную и, налегая всем весом, вбил в лицо противника локоть. Хлынула кровь. Девочка изо всех сил вцепилась руками в балку и крепко зажмурилась. Томми от возбуждения едва не сверзился вниз, вопя нечто бессвязное.