На вкус Тварь была такова, что Хуберта едва не вывернуло наизнанку. В пасть как будто кинули полную пригоршню травяных клопов; горло пережал спазм — но он все-таки не выпустил врага, лишь вгрызся еще сильнее в отвратительное создание, чувствуя, как трещат и лопаются под клыками упругие трубочки артерий… Наконец, что-то громко хрустнуло меж зубов — и бешено извивающееся тело разом обмякло.
Тревожные голоса звучали совсем близко: эпигоны продирались сквозь кустарник к месту схватки. Встреча с ними не входила в планы Хуберта. Тугие пружины мускулов вновь пришли в движение, унося прочь поджарое тело, — а спустя мгновение ночную тишину разорвал яростный вопль. По земле с пронзительным треском зазмеилась алая молния, но удар был нанесен вслепую и не достиг цели. Пинчер прибавил ходу, стремясь как можно быстрее оказаться вне зоны действия Власти. Затем пришло время немного успокоиться и собраться с мыслями. По-видимому, решил Хуберт, он сорвал-таки готовящееся похищение и убил непонятное чудовище. Была и плохая новость: залившая морду кровь Твари напрочь лишила его обоняния. Шансы отыскать девочку все еще оставались велики: схватка заняла совсем немного времени, и Кларисса, скорее всего, не успела покинуть парк. Но те двое тоже понимали это, значит… Пес тяжело, почти по-человечьи, вздохнул. Он не Шарлемань, чтобы на равных спорить с Властителями; однако кое-что сделать все-таки можно…
Враги по-прежнему находились рядом с телом Твари: один пытался вернуть ее к жизни, второй безостановочно сыпал ругательствами. Прикинув, до каких пределов может распространяться их Власть, Хуберт подобрался на расстояние, которое счел безопасным, и с силой толкнул плечом ближайший куст. Наградой ему был душ ледяных капель, но эпигоны услышали шорох и насторожились. Отбежав на несколько шагов, он повторил представление. Преследователи двинулись на шум. Теперь они шли осторожно, готовые в любой момент дать отпор неведомому врагу. Хуберт оскалился в гримасе, подозрительно похожей на улыбку. Он намеревался морочить эпигонов до тех пор, покуда не истощится их терпение; за это время девчонка, если только она не совсем дура, уберется как можно дальше отсюда.
Парк остался позади. Дождь, похоже, только сейчас решил припустить по-настоящему: морось уступила место тяжелым монотонным струям. Кларисса почти не обращала на них внимания: за время бегства она и так промокла до нитки и продрогла до костей. Мысль о возвращении домой выглядела чертовски соблазнительно, однако сделать это мешали две веские причины. Девочка понимала, что преследователи скорее всего попытаются перехватить ее на обратном пути; кроме того, она имела весьма смутное представление о том, в какой, собственно, стороне находится особняк Нэлтье. Улицы в столице Итанского Регистрата были широкими и прямыми — одно удовольствие для пешеходов и извозчиков, однако спрятаться тут было негде. Добежав до ближайшего перекрестка, Кларисса пугливо оглянулась и свернула за угол; теперь со стороны парка ее уже не могли заметить. Повторив из предосторожности этот маневр еще несколько раз, она наконец позволила себе перейти на шаг. Если бы в этот миг девочка подняла голову и посмотрела вверх, то увидела бы сумрачную синюю звезду, летящую над мокрыми крышами; но такое просто не пришло ей в голову…
Надо было как-то дотянуть до утра. Кларисса не сомневалась, что ее наставник примет меры к розыску своей ученицы. Навыки бездомной жизни подсказывали девочке найти временное пристанище. В Уфотаффо она попыталась бы забраться в конюшню — там всяко теплее и крыша над головой, а если еще имеется сеновал, то вообще замечательно… Вспомнив своих уличных приятелей, девочка улыбнулась. Будь здесь Томми Секунда, он бы в два счета нашел подходящее место: малолетний бродяга обладал настоящим талантом по этой части. Можно, конечно, разыскать ближайший полицейский участок, это обеспечило бы ей ночь в тепле — однако утром пришлось бы искать общий язык с многочисленными полицей-регистраторами… Нет-нет! Без документов не стоило и пытаться! Размышляя таким образом, Кларисса брела по улице — и на очередном перекрестке почти столкнулась с высокой молодой дамой, испуганно отпрянув в последний момент. Итанка слабо ахнула — по-видимому, она тоже не заметила девочку — и что-то удивленно спросила.