— Асат шехти! — пробормотала Кларисса традиционное пожелание «доброго очага». Это были единственные слова кулгушти, которые пришли ей на ум в тот момент.
— Асат шехти! — откликнулась итанка, дружелюбно улыбаясь, и добавила еще что-то.
— Не понимаю… — удрученно пожала плечами Кларисса.
— Заблу… диться? — внезапно спросила девушка на ломаном титанском. Кларисса радостно закивала. Собеседница смахнула блестящие капли с завитков волос.
— Пойти греться… Тепло. Сухо. — Снова длинная непонятная фраза. — Искать дом. Завтра вместе.
О таком повороте событий девочка не могла и мечтать! «Теперь главное — не наткнуться на полицей-регистратора; хотя они все, наверное, попрятались от дождя в такую-то погоду…»
Итанка мягко взяла Клариссу за руку и повела куда-то. Дорога оказалась не слишком долгой: хлопнула неприметная дверь, и дождь остался позади. Темно здесь было — хоть глаз коли. Волны тепла наплывали откуда-то из глубины помещения. Женщина нашарила спички и запалила свечу. Тут Кларисса впервые обратила внимание, насколько красива ее провожатая; особенно хороши были волосы цвета темной меди. Дверь в дальнем конце помещения чуть приоткрылась. Итанка что-то торопливо сказала; ей ответил мужской голос. Из тьмы выступил широкоплечий здоровяк с переломанным носом, живо напомнивший Клариссе портового боксера Барсия. Что-то недовольно буркнув, он оглядел Клариссу с ног до головы и посторонился. Они прошли через скупо освещенный зал, абсолютно лишенный мебели, если не считать свисающего с потолка бревна, обмотанного в несколько слоев витками корабельного каната. Одетая в черное цирковое трико девочка-итанка исполняла возле него странные танцевальные па. Она то замирала в неподвижности, то вдруг оказывалась возле снаряда, слегка, как показалось Клариссе, касаясь его неким темным предметом, — и каждый раз бревно отзывалось глухим «чванк!». Плясунья не обратила никакого внимания на вошедших, продолжая свои упражнения. Проходя мимо, Кларисса вздрогнула: в руках у девочки был длинный стилет…
Следующая комната встретила их духотой. Здесь, на узких двухъярусных койках, под лоскутными одеялами спало множество народу — судя по миниатюрным фигуркам, сплошь дети. Одна из коек пустовала. Итанка жестами показала своей спутнице, что ей следует раздеться и лечь. Не смея перечить, Кларисса скинула мокрую одежду и юркнула под одеяло. Восхитительное тепло тотчас окутало ее со всех сторон. Медноволосая куда-то ушла, но вскоре появилась вновь, с маленькой пиалой в руках. Ободряюще улыбнувшись, она протянула ее Клариссе. Девочка послушно сделала глоток — и едва не поперхнулась: темная жидкость оказалась чем-то вроде сладковатого, но очень терпкого травяного настоя с чуть заметным гнилостным привкусом. В ушах сразу зашумело, в глазах возникла резь, все стало двоиться… Кларисса хотела вернуть пиалу, однако пальцы перестали слушаться; фарфоровая посудина упала на пол и, судя по звуку, разбилась. Девочка сделала попытку встать — но еле смогла пошевельнуться, тело словно превратилось в кусок тяжелой сырой глины. «Она меня чем-то опоила», — равнодушно подумала Кларисса. Девочка совершенно не испытывала страха, все эмоции как будто отключились — очевидно, это тоже было эффектом странного зелья. Она не испугалась даже тогда, когда потолок и стены тронули мертвенно-синие паутинки некросвета.
— Так-так-так! — молвил Петроний, бесцеремонно сдергивая одеяло. — Значит, это и есть наша фигурантка? Ну что ж; неплохо, Селина, весьма неплохо! По-женски изящно, я бы сказал.
— Вы можете рассчитывать на быстрое продвижение по службе — в отличие от ваших бестолковых коллег, — скупо улыбнулась Мельдана. — Кстати, что это за место?
— Школа наемных убийц, — откликнулась медноволосая. — Некоторое количество итанго обеспечило мне их покровительство на сегодняшнюю ночь.
Властительница сделала манящий пасс; из мрака выплыл черный лакированный гроб.
— Переложите ее внутрь…
— А как же Тварь? — удивилась Селина.
— Твари больше нет, кто-то или что-то убило ее… С этим еще предстоит разбираться; впрочем, свою главную задачу она выполнила.
— Как долго девчонка пробудет в таком состоянии? — внезапно поинтересовался Петроний.
— Покуда не получит противоядия. Я дала ей очень сильное средство, Властитель: если мы не поспешим — придется поддерживать жизнь в этом маленьком тельце искусственно. Да и потом потребуется длительный период восстановления.
— В таком случае не будем терять времени! — Петроний легко поднял Клариссу на руки и опустил в гроб. Запахи мускуса и сырой земли защекотали ей ноздри. Последнее, что увидела девочка, — это надвигающуюся в призрачном свете крышку.