Рана затягивается медленнее, чем мне хотелось бы, поэтому я отключаюсь.
Постель, вплоть до матраса, затекла тёмной кровью. Посыльного, который принёс мне мыло, шампуни и бельё, я прошу утилизировать следы крови любым возможным способом. Он выполняет мою просьбу без лишних вопросов и даже без косых взглядов.
Демонстрацию моих сил решили не отменять из-за траура. В сфере Чёрного Оникса и Голубой Бирюзы он и вовсе длится один день. Флавиана и Джюель мало интересуют традиции, который сложились в Аметистовой сфере ещё испокон веков, а Бад сейчас не в состоянии что-то требовать. Я же не в состоянии противиться тому, что должно произойти по воле женщины, которая меня родила… Мне необходимо играть в её игру, чтобы выжить.
Я надеваю под низ длинный кожаный топ, трусы из плотной ткани с завышенной талией и фатиновое полупрозрачное платье-халат чёрного цвета, дальше подкрепляю всё это тонким поясом. Именно так я собираюсь появиться перед огромной толпой!
Я приглаживаю область шеи, которая совсем недавно была разорвана, извергая струи крови, и радуюсь, что это больше не так. Мне бы не хотелось вновь испытывать подобное.
В этот раз на Светлую площадь опустился едва заметный мрак, несмотря на яркий свет луны и звёзд. Обычно такая гнетущая атмосфера, даже несмотря на хорошую и приятную погоду, создаётся людьми. В нашем случае это, конечно, покровители и хранители, а уже потом люди, ждущие свою очередь, чтобы стать сокрушающими или посыльными.
Сейчас их гораздо больше, чем на том самом Посвящении, где я была одной из главных персон. Одежда стала стискивать меня сродни дьявольским рукам, а глаза слезиться от ужаса.
Я – чёрная сиротка, девочка-ключик и, чёрт возьми, я должна отстоять на проклятой сцене. Иначе весь этот народ начнёт тыкать в меня оружием и называть обманщицей. Как бы мне ни хотелось, чтобы правда о моей сущности снова стала тайной, хвататься за прошлое нельзя, поэтому нужно делать всё возможное, чтобы обезопасить себя.
Судья-афроамериканец становится в центр подмостка, артистично расправляет руки и поднимает подбородок. Выглядит он весьма необычно – тёмно-коричневый твидовый пиджак с белой рубашкой под низом, горчичные твидовые брюки длиной по колена, серые колготки с красными поперечными полосками и морковные туфельки, которыми впору отплясывать чечётку. Кудри судьи, или ведущего, держат на себе твидовую кепку цвета умбры, которая, по всей видимости, закреплена заколками, иначе такого напряжения она бы не выдержала и давно свалилась бы под ноги активного мужчины. Его улыбка кажется куда счастливее, чем на тех мероприятиях, которые мне удалось с ним застать. Это на него так влияют моя сила и шанс на светлое будущее?
– Приветствую, зрители! Сегодня, на этом же месте, где ступает моя нога, состоится официальная демонстрация сил девочки-ключика из Пророчества. Уверен, каждый из вас слышал его ещё много лет назад. Милдред Хейз покажет нам свою благословенную мощь хранителя и покровителя. – Он приставляет руку ко рту и нарочным полушёпотом добавляет: – А дальше продолжим с вами проводить четвёртое Испытание для будущих сокрушающих и посыльных.
Я следую по ступенькам, одной рукой придерживая шершавый подол, а другой сжимая чёрные кожаные ножны с мечом. Только бы не упасть лицом на деревянные доски, не ступить каблуком в щель! Только бы не убить здесь всех смертных одним ударом.
– Какая она красивая, – доносится с площади мягкий женский голос.
– Всех приветствую, – говорю я и продолжаю заученную мною речь: – Меня зовут Милдред Хейз, я наделена магией хранителей природы, жизни и Земли.
На лицах некоторых хранителей мелькает тень уважения. Не многие используют их полное историческое название, не многие даже знают, кем они были раньше и кем больше никогда не будут. Вот так ошибка одного человека испортила жизнь хранителям и обычным людям, вынужденным стать армией и отдельным народом с покровительскими силами в крови…
– Во мне течёт кровь покровителя, а моей матерью является Владычица сферы Голубой Бирюзы.
Заранее я решила откровенно сказать, откуда во мне покровительская кровь. Я открыто признаю родство с Джюель Бертран, несмотря на нашу взаимную ненависть.
– Каким бы ни было моё предназначение, и каким бы ни было продолжение Пророчества, я обещаю принять их с великой честью и сделать то, что требуется. Для народа.
Я делаю два шага назад, давая себе больше пространства, собираю всю магию воедино и отправляю волну слабого тёплого ветра в зал. Через короткое мгновение в левой руке вспыхивает огонь, а в правой появляется едва видимый предмет, который со стеклянным звуком приземляется на деревянный настил.