– Такая неожиданность! Да тебя действительно послали к нам высшие боги.
– Бред. Я видела, как меня создали, и в этом жертвоприношении нет ничего божественного.
– Любопытно. Я бы послушал эту историю. Ты отличный рассказчик.
– Я одержу верх, стану свободной и самостоятельно перепишу всю историю, ещё добавлю туда моё создание. Народ будет знать правду. Жаль, что не все до этого доживут и умрут, молясь Касьяну.
– Я рад, что ты не выбилась из сил. Никогда не думай, что ты слабая. Милдред Хейз, я не вру, но ты самая сильная женщина, которую я когда-либо встречал, не считая мой сестры, конечно. Как-нибудь, когда отчаешься, а я знаю, что этот момент наступит, встань напротив зеркала, осмотри себя и перечисли, почему тебе так больно. Список будет большой, уверен. Проговори, подумай, а потом скажи: «Я не сломлена. Была готова сломаться, но стою перед тобой и улыбаюсь. Я – сила».
– Мы с тобой совсем не близки, не знаем друг друга, но ты зачем-то хорошо ко мне относишься.
– Зачем-то? Я восхищаюсь тобой ещё с того момента, когда вся сфера Чёрного Оникса обсуждала злую ученицу Грэма Коши. Моё сердце как чувствовало, что ты не уйдёшь бесследно, что… точно сделаешь что-то значимое для народа. Ты шла против власти, доказывала свою правоту. По правде, вот так показываться и кричать о своей неприязни было не совсем правильно, потому что это привлекает к себе слишком много внимания. Мне всегда нравился Грэм – он никогда в открытую не признавал своих целей, работал тихо и эффективно. Но в тебе я чувствовал крик народа. И народ бы запомнил тебя, если бы многим ты открыла глаза на то, кем были Флавиан и семья Бодо на самом деле. Твоя стихия – это революция.
Мы всегда скучаем по прошлому, каким бы ужасным оно ни было. И поэтому мне хочется вернуться в те дни, когда я только прибыла в сферы и толком не знала, что меня ждёт.
– Твои слова слишком хороши для той, у которой нет слова «стоп». Я признаю свою глупость, сейчас точно так же поступаю. Открытая ненависть, прямой протест, постоянное «нет». Я вижу себя именно такой, так что…
– Ох, Хейз, и тут ты неприступна.
Я безнадёжно пожимаю плечами, и Асманд повторяет за мной, а затем качает головой.
– В чём состоит ваш план? – спрашиваю я. – И кто участвует в вашем движении?
– Я хотел бы рассказать, но не уверен в тебе. Ты частично во власти Владычицы, поэтому можешь в любую секунду уйти.
– Да, я поняла. Но… я знаю про тебя и это место. Разве оно не имеет значения?
– Узнай Джюель об этом домике, она поймает меня, а выбить правду у неё никогда не выйдет. Что толку.
– Я буду противиться ей каждый день. Возможно, так смогу разорвать нашу связь.
– Мой хранитель изучит тебя, и, если получится хоть что-то выяснить, поможет.
На протяжении недели я учусь пользоваться кинжалом. Некоторые приёмы оказываются сложными для понимания, поэтому их мне объясняет Асманд. Он становится моим учителем и старается не оставлять одну с того момента, как застал меня, говорящую с иллюзорной Бертран.
Также я не забываю учиться пользоваться двумя тренировочными стальными мечами, пока Асманд наблюдает и иногда бросает в мою сторону пару слов об ошибках.
– Чёрт бы побрал весь металл на этой планете! Мне немедленно нужно выпустить хоть искорку моей силы! – Я вонзаю мечи в зелёную траву, упираю руки в пояс и, растопырив локти, смотрю на покрытые ледниками вершины гор.
– Может, попробуешь ещё раз?
– Каждый день я пытаюсь. Даже твой хранитель не может пробиться через стену, которую выстроила Джюель.
Я возвращаюсь на кухню, делаю глоток воды и с грохотом ставлю чашку на стол.
– До чего же вкусная вода!
В дверях появляется Коли, хранитель Асманда. Он приветливо улыбается, садится за стол и вытягивает руки. Мне уже осточертело видеть его лысую макушку, кривую улыбку и очаровательные, словно детские, глаза.
– Может мне нужен кто-то жёстче – тот, кто будет лезть через стену, а не бить её молоточком? – намекаю я.
– Милдред, я не слабый хранитель и у меня свои способы распознавания проблемы. Просто дай мне время, и я сделаю всё как нужно. Обещаю.