Асманд без предупреждения, резко и уверенно, как профессиональный убийца, сжимает на моей шее колючую проволоку. Я тяну всё ещё кровоточащие руки к горлу, чтобы оттянуть «ожерелье», но покровитель вовремя его убирает.
«Ты до сих пор дрожишь, моя хорошая», – утешаю себя я. Опуститься на пол мне помогает Грэм, лицо которого успело мелькнуть перед моими глазами.
– Мне жаль, красивая, – звучит голос Асманда.
Теперь я никого не вижу и никого не слышу.
«Всё заживёт. Заживёт. Заживёт».
На то, чтобы мои раны наконец затянулись, теперь уходит чрезвычайно много времени. Раньше я могла излечиться за пару мгновений, но теперь, когда я около трёх недель не сокрушаю, моя мощь сильно ослабла.
Я должна выглядеть так, словно Сандер правда держал меня в кандалах и ошейнике, а я, по своему характеру, упрямо сопротивлялась.
Я приподнимаюсь и обнаруживаю, что под головой было что-то мягкое… Чьи-то ноги. Грэм смотрит на меня сверху вниз, а его пальцы аккуратно убирают с моих щёк волосы.
Я тяну ладонь к его предплечью, но вспомнив, что мои руки целиком залиты влажной кровью, быстро убираю её.
– Я в порядке, – говорю я, шустро вставая с пола. Грэм поднимается вместе со мной. На его лице считывается явное недовольство всем происходящим.
– Это была инициатива Милдред, – говорит Асманд. – Так что делаем дальше?
– Мне пора уходить, – отвечаю я, и все соглашаются.
Мы договариваемся по возможности видеться в этом доме и делиться информацией.
Я напоследок бросаю на Грэма взгляд, и Асманд переносит меня в сферу Голубой Бирюзы, в те самые кусты, откуда он меня забрал. Я выслушиваю короткий рассказ о том, как выкрутился Ланзо, и мысленно вношу правки в историю для Джюель.
– Пока, девочка-ключик, – говорит Асманд. – И до встречи.
Я улыбаюсь своему спасителю и следую дальше, едва волоча собственные ноги. Всё должно выглядеть убедительно.
Я толкаю большие ворота, босиком шагаю по мшистой брусчатке и останавливаюсь возле главного входа. Первые встречные посыльные немедленно хватают меня за руки и переносят к тронному залу. Видимо, хотят угодить своей госпоже и получить награду.
На страже нет ни одного посыльного. Скорее всего, Ланзо пришлось избавиться от прошлых стражников, с которыми у меня завязался нешуточный бой. Владыка поступил жестоко для своей сферы, но это правильно. Ни одна душа не должна поведать Джюель всю правду о побеге её оружия.
Посыльные тащат меня через весь зал к белой дьяволице на чёрном троне. Наверняка, она спросит за своё испорченное платье и разрез на животе.
Меня, словно мешок с мусором, бросают у ног Владычицы. Я не смею поднимать взгляд.
– Что такое, Милдред? Твоя душа, наконец, опустела? Расскажи своей Великой госпоже, что произошло в тот день. И о том, как тебе удалось сбежать и вернуться ко мне. Посыльные, вон из зала!
Я тяжело выдыхаю, на секунду поднимаю глаза, а затем снова смотрю в пол.
– Великая Владычица, моя госпожа, я прошу вас простить меня за то, что вам пришлось так побеспокоиться. Когда вам стало плохо, я сразу заподозрила неладное, подумала, что за этим кто-то стоит. Внезапно вошли Сандер Даль и очень много его помощников. Они слишком быстро закрепили железо на моей шее и руках. И тогда я уже ничего не могла поделать, не могла даже покровительской силой пользоваться. Как будто… я снова стала человеком. Пока меня держали, Сандер сделал на вашем животе разрез. В этот момент вошёл Владыка Аметистовой сферы. Он не успел ничего увидеть, как его сразу отключили хранители. Вы начали просыпаться, и Сандер сбежал, прихватив меня с собой. Про место я вам ничего не скажу, потому что оно всегда было во мраке. Но сегодня, – улыбаюсь я, – какой-то покровитель в маске помог мне освободиться и перенёс сюда.
– В это, признаюсь, сложно поверить. Я была уверена, что Сандер – мой самый верный слуга. Ещё меня разочаровал Ланзо. Уверял, что ничего не помнит. Не предатель ли он? Скажи, Милдред, слышала, видела что-то? Честно.
Да, моя любимая госпожа, он ничегошеньки не помнит!
«Не смей лыбиться сейчас!».
– Нет. Большую часть времени я была в отключке.
Джюель усмехается, стуча ногтями по подлокотнику трона.
– М-м, хорошо… Если я узнаю о тебе что-то скверное, Милдред, или ты снова будешь оказывать мне сопротивление, твои друзья долго не проживут, ты ясно меня понимаешь?
– Да, ваше владычество.
Я грузно поднимаюсь с пола, прохожу в спальню Джюель Бертран и падаю в кровать, ощутив, как в эту же секунду на мои плечи падает груз ответственности. Я должна выполнить свою часть плана.