– Я давно хотела с кем-то поделиться, но не решалась. Думала, что кому-то это причинит боль. Яфа, Киара, например. Я была уверена, что ты спокойно это воспримешь. Мы с Адио не так давно начали вместе работать. И… он сказал мне, что я умираю. Медленно. Умираю… – дрожащим голосом произношу я.
– Что?.. – Грэм останавливается. Я замечаю в его глазах недопонимание и какую-то надежду.
– Многоплодный умер в муках, потому что в его крови была сила трёх камней. Они тоже во мне есть. Ещё я хранитель. Хочу раскрыть новое Пророчество, чтобы узнать о конце. Не только своём. Должна же как-то закончится вся эта борьба, – я стараюсь улыбнуться.
– А первое Пророчество?
– Полностью раскрыто. Чёрная сиротка много видит – это мои видения. Чёрная сиротка может съесть паразитов, как видно, убить фаугов раз и навсегда. Девочка-ключик. Ключик ломается, но открывает заветные двери. Скорее всего, я умру ради тайны, которая скрывается за дверью. Так предполагаю я, но Адио исключает подобный исход.
– Ты уверена? – низким голосом спрашивает Грэм, ступив ближе.
Я осторожно обнажаю руки, демонстрируя тёмные вены, пробивающиеся сквозь кожу. Грэм касается пальцами последствия моей могущественной магии. Я осматриваю его лицо, которое внезапно будто потемнело.
– Как я могу?.. – он обрывается на полуслове и убирает руку.
– Что?
– Уже неважно.
Я не допрашиваю Грэма, потому что знаю – это бесполезно.
Мы продвигаемся по тропе в тишине, никто из нас не осмеливается заговорить. На самом ли деле Грэма так разбила эта новость? Почему я боюсь поверить, что у него есть ко мне тёплые чувства? Раньше он был холоден ко мне, относился неуважительно, когда я была неспособным человеком. Да, именно неуважительно. Высокомерно. Он вёл себя как полный ублюдок.
Я просто не заслуживаю его доверия, мы не лучшие друзья и уж точно не что-то большее. Я воздерживаюсь, чтобы не произнести это вслух. «Как я могу». Что он хотел сказать?
– Грэм.
– М?
– Ты когда-нибудь убивал?
– Не убивал. Но оправдывал свою принадлежность к сфере Чёрного Оникса.
– Нет?..
Мои колени начинают дрожать. Я глубоко вдыхаю. Так, словно из меня выбили весь воздух. «Ты не самая последняя чёрствая дрянь. Ты не виновата в смерти хранителей. Это всего лишь несчастный случай!».
Глупости! Я их убила – это истина. Я их убила. Я.
Я переношусь в свою спальню и падаю на кровать, задыхаясь от нехватки воздуха, руки ударяют по кровати, скребут одеяло ногтями… Наверное… наверное, меня ждал ещё один приступ – «подарок» от моей могущественной магии – но я просто ускорила этот процесс своими переживаниями? Я запуталась в себе и в этом чёртовом мире!
Я никогда в жизни ещё так не радовалась, как сейчас – когда силы постепенно покидают меня, унося в зловещее царство снов.
Просыпаюсь... В изножье кровати сидит Найджел, нервно потирая подушечками пальцев костяшки другой руки.
– Милдред, ты чего? – испуганно спрашивает он, подскочив с места и взяв меня за плечи.
– Что… произошло? – я приподнимаюсь, облокачиваясь спиной на подушку, и Найджел мне в этом помогает.
– Я вошёл, а ты стояла над кроватью и задыхалась, потом потеряла сознание…
– Мне так тяжело нести эту ношу, – выговариваю я надломленным голосом, готовая в эту же секунду расплакаться.
Но не при Найджеле, как бы близок он мне ни был.
– Понимаю.
«Не понимаешь!», – хочется крикнуть мне.
Я убийца, девочка-ключик, чёрная сиротка, Милдред Хейз, дочь Джюель Бертран. Такие, как он, никогда меня не поймут. Ни одно существо во всей вселенной меня не поймёт.
Возвращается Грэм.
Он не замечает Найджела и говорит мне:
– Ты ушла.
Если быть точнее, я сбежала. Сбежала, потому что боялась, что Грэм увидит мою перемену в настроении сразу после разговора об убийстве. Но тем, что я так быстро исчезла в середине разговора, я себя глупо раскрыла.
Найджел встаёт, выпрямляется и немного выпячивает грудь.
– Мне стало плохо, – говорю я.
– А ты тот самый Грэм Коши, – начинает Найджел. Он пылает раздражением, в то время как Грэм – его полная противоположность. Мёртвый холод, расчётливость, твёрдая уверенность, прямая осанка и лёгкий блеск в глазах.
– Найджел, – кивает Коши. – Спасибо, что присматривал за Милдред в моё отсутствие.
– Она не вещь, чтобы за ней присматривать. Не твоя вещь.
Они короткое мгновение смотрят друг на друга.
– Милдред, мне остаться? – спрашивает Найджел, стоя ко мне спиной.
– Если хочешь… – отвечаю я, но тут же жалею. Потому что знаю, каков Найджел и каких дров он может наломать.