События, я могу предположить, происходили приблизительно за пару лет до их жертвы.
– Алойз создавал фаугов в качестве живых мертвецов, то есть бывших людей, – говорит Касьян. – Они не так мощны и опасны сейчас, как будут через несколько десятилетий. Я в этом более чем уверен. Однажды фауги приобретут такую форму, которая потребует немедленного уничтожения.
– Имеет место быть. Конечно. Требуется страховка. У меня есть один хранитель, – отвечает Гайюс весьма неуверенно.
На следующий день Гайюс возвращается с девушкой. Он грубо тащит её за собой, держась за связанную грязную верёвку на её руках. Жёлтые глаза, посеревшие белые волосы, ухмылка на губах, безжалостный и умерший взгляд, в котором можно заметить готовность без страха принять любые обстоятельства. Этот взгляд не дрогнет, даже если приставить к горлу острейший меч. А ещё жёлтые глаза девушки мне кое-кого напоминают. Моё сердце покалывает от ужаса и осознания того, что не всё так просто, и что абсолютно всё взаимосвязано и соотносится со мной.
Джюель.
Эта девушка будто стала копией Владычицы сферы Голубой Бирюзы. Но нет. Скорее, всё совсем наоборот.
– Кто она? – восхитившись красотой хранительницы, которую никаким многолетним слоем грязи не скроешь, спрашивает Касьян, откладывая записи, никогда не покидающие его дряблых, покрытых коричневыми пятнами рук.
– Предательница, – сладко произносит Гайюс, оскалив в улыбке свои желтоватые зубы. – Я сам её изловил. Чахла в моей темнице семь лет. Она та, кто годами убивала хранителей, в чьём клане я когда-то состоял, пока не стал ренегатом. Наглости у неё не отнимешь: то ворваться во дворец клана и напасть на главу, то устроить засаду на месте работы. Она вливалась мужчинам в доверие, залазила в постель и не успей они протянуть к ней пальцы, умирали от отравленной трапезы. Эта негодница посмела убить моего старого верного друга. Ты и детей не щадила! Я дам ей свободу, Касьян. Может, хотя бы так на малую долю она искупит свои мерзостные грехи.
– В искупление я не нуждаюсь. Я знала, что делаю и была готова, что по мою душу придёт сам дьявол. Жаль, у меня не получилось и тебя убить, Гайюс. Львёнок оказался хорошим хищником.
Гайюс широко, даже безумно улыбается, и его рыжая борода зловеще ползёт вверх.
– Скоро ты освободишься, Пьетра. Благодарить будешь?
Меценат резко дёргает за верёвки, и Пьетра, не ожидая такой трёпки, путается в ногах и голыми коленями ударяется о мраморный пол.
Она резко поднимает голову и, брызгая слюной, дерзко выкрикивает:
– Я заслуживаю смерти! Довольно было семь лет «пировать» в твоём подземелье в обществе крыс.
Хранительница смелая и уверенная, но невозможно не заметить её уничтоженный дух, лицо, измождённое отсутствием солнечного света, и холодные, полуопущенные глаза.
– Будь у меня другой хранитель, я бы оставил тебя там на все пятьдесят, пока ты не иссохнешь и не помрёшь от старости. Главное – в беспросветном одиночестве.
– Я правильно понимаю твои действия?.. – спрашивает Касьян друга, нервно сглатывая.
– Пьетра использует опаснейшую магию, которая доселе была изведана единицами. Такая убивает мгновенно, имеет яркий окрас и длительность. «Выдержка магии». Слышал о таком?
О «Выдержке магии» мне рассказывал Адио Сали. Он предполагал, что в моём создании применялся именно этот способ. Я вижу это, чтобы узнать, как была создана…
– Говори, что мне делать, – перебивает девушка.
– Ты же понимаешь, что у тебя нет возможности сбежать из моего дворца? Ты взаперти. Не выполнишь то, что я велю – верну в темницу и подвергну беспощадным пыткам, – с небывалой жестокостью предупреждает Гайюс, оттянув девушку, стоящую перед ним на избитых кровавых коленях, за хрупкие выпадающие волосы. – Я сниму с тебя верёвки. Без лишних движений, свинья, иначе я покажу тебе то, что ты так ненавидишь в себе и хранителях. Магия камней убийственно опасна. Многие до сих пор верят, что практиковать её нельзя, потому что планета разгневается. Ведь ресурсы её используют не по праву! Глупости. Единственное, где магия камней становится опасной – это в руках изверга.
– Не болтай, – устало отмахивается девушка, – и выкладывай.
– Сам процесс занимает сутки, ровно двадцать четыре часа, ни минутой раньше, ни минутой позже. – Гайюс высвобождает хранительницу, однако она не находит в себе сил, чтобы подняться. – Своей магией, дорогая Пьетра, ты вызволишь свою сущность, свою душу, которая позже станет телом. И это тело, в точности похожее на тебя, будет продолжать род и тем самым близиться к предотвращению катастрофы – уничтожению эволюционировавших фаугов. В женщине, которая застанет пик эволюции, пробудится твой хранительский дар.