На арену выходит девушка с рыжими колючими волосками на голове. Губы красные, глаза подведены чёрным. На её теле значится множество шрамов, полученных в период человеческой жизни, когда любая рана, заживающая неделями, сохранялась, как клеймо.
– Приветствую, противница, – говорит она мне. – Юстас, давно не виделись. Представь, пожалуйста, гостью. Или она сама это сделает.
Линетта подкрадывается ко мне, как львица, готовая намертво вгрызться в свой ужин. Она оказывается высокого роста, отчего мне приходится буквально задрать голову, чтобы посмотреть ей в лицо.
– Пожалуй, я справлюсь без чьей-либо помощи. Обо мне говорят много отличительного от правды. Милдред Хейз, покровитель сферы Чёрного Оникса. Если знаешь, я…
– Чёрная сиротка.
– Мне больше по душе девочка-ключик, – я улыбаюсь и протягиваю ей руку.
Она пожимает мою ладонь своей шершавой, жёсткой и холодной, как ледниковый валун.
Судья опускает между нами красный флаг и выкрикивает: «Начинаем».
Линетта стартует с резких ударов мечом под рвущиеся глотки завсегдатаев амфитеатра. Девушка быстра как пуля, но в то же время плавная как волна. Эта женщина мастер боя на мечах. Я только и успеваю отбивать её атаки.
Она либо всю жизнь без устали тренируется, как Грэм, либо живёт больше семидесяти лет и за плечами имеет большой опыт.
– Ха! – Женщина бьёт режущим ударом, от которого я в последнее мгновение увиливаю, проскочив под её рукой.
Теперь у меня появляется возможность её атаковать. Я бью в точности так же резво, как и она, не давая ей передыха. Алмаз отбивается, однако я чувствую, как она рыскает в поисках моей слабости.
Линетта – серьёзный противник, поэтому мне нужно победить её хитростью, оставить мышеловку без сыра. Но она не глупа и вряд ли так просто позволит себя одурачить. Не зря Милдред была ученицей Грэма Коши и Юми Нисимуры…
Я наступаю на Алмаз и оставляю правый бок незащищённым, только изредка отбивая направленные туда атаки. Спасибо Алисии за наш бой перед за́мком сферы, сейчас я использую почти ту же обманку, что и с ней.
Тяжёлое дыхание, безысходность, изнеможение – вот, что я сейчас демонстрирую, но внутри я ощущаю невероятную силу, которую умело прячу. Линетта вот-вот ударит меня слева. Она думает, что раскрыла мой план – видит, что я её обманываю, но не подозревает, что моя обманка с подвохом. Я так и жду, когда её меч свиснет над моим левым ухом. И Алмаз бьёт. Я, подготовленная, скрещиваю наши мечи, а её лезвие так и не касается моей кожи. Воспользовавшись её заминкой, мне удаётся ранить её под мышкой, но ровно в следующую секунду она царапает мне живот, разрезая ткань рубашки. Рана совсем неглубокая и почти безболезненная.
– Это было потрясающе и просто грандиозно, дамы! Я впечатлён! – Юстас выпячивает грудь и радостно подбегает к нам.
Он поднимает мою руку вверх, размахивая ею, как своим красным флагом.
– Также я впечатлён вашими навыками. Не всем удаётся одолеть Алмаз. Победа на стороне Милдред!
– Благодарю, – с лёгким затруднением говорю я из-за раны на животе, которая уже понемногу затягивается.
Я киваю Линетте, и она говорит:
– Я того же мнения, что и наш судья, чёрная сиротка. Не ожидала, что ты вот так схитришь. Всё же признаёшь, что я сильнее и опытнее. Тебе стоит гордиться, что выиграла сражение со мной.
– Несомненно, – с насмешкой отвечаю я. Судья продолжает что-то выкрикивать на фоне нашего разговора. В песок вонзаются кинжалы. – Какая сфера?
– Оникс, – коротко отвечает Линетта.
– На пару слов? – предлагаю я.
Линетта вскидывает брови, ухмыляется и отвечает кратким «ладно».
Девушка переносит нас в подобие сарайчика, которое зовёт тайным убежищем. Здесь расставлены деревянные запыленные бочонки и несколько раз переклеенные скотчем бумажные коробки. В углу у двери взгромоздился шкаф с отломанными дверцами. Из-за шатающейся задней ножки, он перекошен вбок и держится только за счёт стены.
Линетта протягивает мне ониксовую мазь и бинты, однако я вежливо отказываюсь и прошу мокрое полотенце, чтобы вытереть кровь. Она внимательно смотрит на мой живот, на котором рана уже давно зажила, но всё же вопросов не задаёт. Я быстро справляюсь и приступаю к разговору. Алмаз внимательно выслушивает меня, и по её меняющемуся лицу я понимаю, что она в принципе не против.
– Предлагаешь мне быть пешкой Коши? – спрашивает она.
– Нет, – отрезаю я. – Это не так работает. Грэм предлагает выбрать правильную сторону.
– Для этого я должна изложить на бумаге все сведения о себе вплоть до того, что я последний раз ела?
– Не так буквально, – говорю я и сажусь на скрипучую тумбу. – Грэм никогда не поступал нечестно. Даже я, будучи самым могущественным существом на Земле, решила верить именно ему и поддерживать именно его идеи. Это уже должно о многом тебе говорить.