– Из-за похорон мир не перестаёт крутиться! – вдруг встаёт он.
– Как ты можешь такое говорить, подонок?!
– Забудь, – остывает Найджел. – Зря я начал.
– Вот именно, что зря. Либо заткнись, либо проваливай и не попадайся мне на глаза до конца траура.
– Хорошо, я буду нем как рыбка. Пойдёмте, госпожа Хейз.
Я хватаюсь за предплечье Найджела и заставляю себя улыбнуться.
Мы переносимся в башню хранителей. Один из них быстро сообщает мне координаты и, узнав, что я неопытный покровитель, вручает мне огромную карту мира. С физической картой я отлично знакома, однако доучиться мне не дали, поэтому первое время будет трудно ориентироваться по координатам, которые мне дают. Разные опасные природные явления, прожорливые фауги, постоянные перемещения в пространстве и… смерти. Много смертей. Фауги будут прямо на моих глазах убивать покровителей. В день, когда погибло три тысячи двадцать на «Исполинской облаве» в Аметистовой сфере, кто-то без спроса созвал посыльных для помощи, но кто – неизвестно. Одна я тихонько размышляла, что этот неизвестный хотел их смерти. Все, кто там был, были обречены на смерть, и посыльные никак бы им не помогли. Ещё одно упущение – в такой тяжёлый момент на посту не было ни одного хранителя, хотя по правилам они должны были подстраховать сокрушающих, если случится что-то серьёзное. Если Юми и Бад негодовали по этому поводу и искали виновников, то определённо опасались обсуждать это при посторонних, в том числе при Киаре, Норвуде, Вальтере и Адио.
Паводок на Дальнем Востоке – вот, что было мне предоставлено. До моего прибытия он стал понемногу отступать, а покровителей, как я могу предположить, стало меньше. Все в чёрных и красных одеждах и только Найджел в белоснежных штанах и рубашке.
– А ты не можешь вместе со мной сокрушать? – спрашиваю я.
– Могу, но это противоречит правилам. Иногда наши с тобой сферы работают бок о бок: явления совпадают. Причиной паводка стал дождь, поэтому, думаю, я вправе работать на этой территории.
– Мне как раз не хватало компании, господин Снежная королева, – ухмыляюсь я, осматривая его белую одежду.
«А ещё я боюсь впервые сокрушать как покровитель».
– Если мой меч пройдёт сквозь фауга и не убьёт его, приспей на помощь. Не хочется помирать в юности.
– Юности?! – удивляюсь я. Найджел смотрит на меня презренным взглядом, будто его слова – это что-то само собой разумеющееся.
Я поворачиваюсь к небольшим домикам, наполовину затопленным прохладной летней водой. Фауги, предчувствуя, что их пища стремительно уходит, рвутся к воде, как бешеные, чтобы прикоснуться к ней, вкусить мощь процесса и замедлить природное явление.
Вспоминая о людях, спасающихся на лодках, брёвнах, дверях своих домов, в моё сердце вонзается тупая игла, болезненно разрывая хрупкие ткани. Ведь кто-то из них не выживет или уже погиб. Паводок уходит – это самое главное. Жертв больше не будет.
Я подлетаю к фаугу размером с меня и на всякий случай дважды разрезаю его тельце. Ждать внизу такую крупную дичь, давая ей больше шансов вкусить явление – верх глупости. На Испытаниях, ещё не имея покровительских способностей, я и была настолько глупой, чтобы призывать существ к себе. С другой стороны, как иначе я могла поступить?
Второй фауг был маленьким, не больше тыквы. Его волнистые края ещё некоторое время сохраняли видимость, а затем мгновенно рассеялись.
Найджел, находясь высоко в небе, в один момент сокрушает троих фаугов среднего размера. Он спускается так грузно, что вода вокруг него разлетается, как мощный гейзер. Покровитель успевает второпях подмигнуть мне и широко улыбнуться. Его одежда взмокла, а на лицо, точно сосульки, упали белые слипшиеся пряди волос.
Под внимательным взглядом покровителя я сокрушаю огромного фауга, который надвигался то ли на меня, то ли на Найджела.
Фух! Насчитав тридцать два сокрушённых фауга, первых в моей покровительской работе, я расслабленно выдыхаю.
– Вот и конец. Два часа, представь себе! Это было хлопотно даже для меня, опытного старика. – Я вспоминаю его слова о «юности» и мысленно возмущаюсь. – Сокрушать с тобой – мечта. Так ещё и столько времени.
– Прибереги свои любовные признания для милой троицы.
– О-о-о-о, – громко протягивает Найджел, хлопая мокрыми ладошками. – Они мне рассказали, как ты их и так… И так! И вот так! – взмахивает руками покровитель, будто пользуясь хранительской магией.
– Хочешь так же, кусок…
– Нет-нет, не продолжай. Безобразно так обзываться. Давай лучше ноги уносить.
По возвращении я принимаю холодный душ – так или иначе холод для моей кожи ощутим, но не так чувствительно, как прежде, когда я была человеком.