В комнату без стука и предупреждения входит Вермандо. Все мои чувства вдруг становятся в линейку. Грэм не спешит отстраняться. Он медленно отходит, а его рука сползает с моего живота в последнюю очередь, когда Вермандо уже всецело успел нас осмотреть.
– Кажется, я зашёл в неподходящий момент, – он смотрит на нас с нескрываемым осуждением.
Видно, наставник слышал слова Грэма и вошёл намеренно, чтобы прервать то, что должно было продолжиться.
– И не постучался, – с непривычным окрылённым взглядом, полуопущенными ресницами и лёгкой улыбкой на лице, проговаривает Коши.
Я сжимаю кулаки, сдерживая себя от необдуманных действий. Сейчас Грэм слишком… слишком хорош – красив, притягателен, чувствует себя свободно, даже когда нас с ним за таким нескромным занятием застал его наставник. Я надолго запомню этот образ.
Распущенные волосы покровителя изрядно растрепались. Была бы я смелее, беззастенчиво погрузила бы в них свои руки. Пуговица на рубашке Грэма расстегнулась, обнажив участок кожи, на который я раньше старалась смотреть совершенно безразлично. Но теперь не могу.
Я прилагаю огромные усилия, чтобы не выпроводить Вермандо, осыпав его всевозможными проклятиями, и не прижать Грэма к стене.
– Милдред, слышал у тебя день рождения. Я поздравляю тебя.
«До чего же вы вовремя, Вермандо Бронте!».
– Спасибо, – говорю охрипшим голосом, потирая ещё влажную шею. Я выпрямляюсь, выдавливаю из себя учтивую улыбку и ощущаю, как вспотела грудь.
– Милдред, я хотел бы обсудить с Грэмом некоторые важные вопросы. Не оставишь нас?
Я смотрю на Грэма, и он кивает. Его комната как проходной двор и совершенно не годится для…
Так! Хватит.
Нужно прийти в себя после такого потрясения.
Завтра я вернусь к нему. Я постараюсь рассказать о своих чувствах. Я постараюсь действовать. Я хочу целовать его губы бесконечно, потому что после нашего взаимного признания, хоть и весьма безумного, я поняла, как сильно они мне нужны. Мягкие, осторожные, тёплые. На моих собственных губах.
По всему телу.
Глава 13
Я надеваю зелёное платье с поясом и туфли на низком каблуке и застёжкой на щиколотке. Этот цвет не принадлежит ни одной сфере, а значит, сегодня я продолжу бороться не против определённой сферы, а против разрушительного зла. Запах моего парфюма – резкий хвойный. Манящий. Отыскать в сфере его оказалось труднее, чем я думала, поэтому пришлось прибегнуть к земному магазину с дружелюбной продавщицей, которая без умолку говорила, что мне очень подходит этот аромат. Я думала лишь о том, каким внимательным и открытым вчера был Грэм и как сильно ему понравится мой новый парфюм…
Пальцы снова тянутся к ониксовому ожерелью на шее, которое уже успело потеплеть за то время, пока я приводила себя в порядок. На пальце – золотое кольцо с аметистом от Юми.
Я собираюсь постучаться к Грэму, но при твёрдом голосе Вермандо моя рука зависает в воздухе. Я опускаю её вдоль тела, и из уст наставника звучит моё имя. Говорит он негромко. Моя комната находится по соседству, опасается, что я могу расслышать каждое слово. Жалко, он ведь так утруждается, а я стою за дверью и подслушиваю.
– Последний раз предупреждаю тебя, Грэм: она определённо сильнее и жёстче, чем показывается. Милдред со своей силой и характером способна на невообразимые вещи. Не забывай, чьей она крови. Она может обвести тебя вокруг пальца ради Владычицы сферы Голубой Бирюзы. Не повторяй своих прошлых ошибок. Ты хоть знаешь, что с ней происходило в других сферах? Чем она занималась? Я наслышан.
– Если Милдред захочет рассказать мне об этом, я с пониманием её выслушаю. Не придаю значения грязным слухам. И… Вермандо, ты мой наставник, однако я не обещаю, что последую твоему совету.
– Ты будущий Владыка, – ещё тише говорит наставник. – Образумься! Я остаюсь в сфере и не ухожу в отставку не для того, чтобы наставлять тебя на верный путь в таких вопросах. Подумай дважды. Трижды.
Наступает напряжённое молчание.
– Я ещё вчера всё решил. Ты сам это видел. И останавливаться я не намерен.
– Она опасна, Грэм. Как ты не понимаешь?
– Опасна?.. Да, ты прав. Эта девушка – член сферы Чёрного Оникса. И мне нравится её беспощадность, – с усмешкой в голосе говорит Коши.
Я не сдерживаю удовлетворённую улыбку. Если бы не Вермандо, я бы ворвалась в спальню Грэма и…
Стоп. Стоп!
Я быстро отбрасываю свои фантазии. Но почему? Почему я снова делаю это? До вчерашнего дня я могла бы делать это бесконечно, но во время сокрушения я думала только о губах Грэма, накрывающих мою разгорячённую кожу, о его сильных руках, обхватывающих мою талию, и расслабленном голосе, о хвойном запахе его тела и витающем в комнате аромате вина, которое, как дурманящее облако, напускало блаженное расслабление.