- Я не пойду замуж, папа!
- Даю тебе две недели, дочка. Две! Я поговорю с Мишей, что бы вас расписали быстрее. Если не согласишься, можешь сразу выбрасывать свой диплом в мусорку, корочку об образовании тебе не дадут.
Выключаю звонок и сижу перед экраном с трясущимися руками. Папа не бросает слов на ветер. Никогда. И это сдвоенное чувство, когда ты вроде рад, что дела родителей идут в гору, но... Но лучше бы мы остались нищими и свободными, чем вот так!
Кричу, разбивая ноутбук о стену. К черту диплом. К черту мои наработки. Он ведь не даст мне жить спокойно. Здесь, с Сашкой. Или где угодно - с Сашкой. Не даст.
Вспоминаю о предложении Тёмы пойти в клуб. Думаю некоторое время, взвешивая решение. Решаю идти одна. Танцы и алкоголь всегда помогали мне забыться. Крашусь в ванной, выпиваю таблетку от головной боли и пшикаю спреем в горло. Отлично. Надеваю короткое мини и вызываю такси.
Если честно, то я уже в такси понимаю, что переборщила со степенью своей злости на родителей. Это работало, когда я жила с ними. Когда у меня не было долгоиграющих планов. И когда у меня не было Сашки. Поэтому в баре я просто глушу один шот за другим, пока не перестаю различать их вкус, а бармен не перестает мне наливать новые порции. Мне всё равно. Я просто не знаю как перестать быть частью моей семьи, которые даже в мои двадцать лет продолжают прогибать меня под себя.
А утром меня ждёт сразу несколько видов боли. Первая из них - вполне осязаемая. Болит опухшее горло, головная боль сдавливает вискИ и я понятия не имею в чьей постеле лежу. Шикарно отдохнула, Алина?
- Блядь, - вот и всё, что могу сказать, оглядываясь вокруг. Это же не какая-то общага, правда?
Моё платье - на мне. Поправляю лиф, одергиваю низ платья, выбираюсь из прогнутой панцирной кровати. Не вижу своих вещей. В комнате в углу замечаю что-то вроде кухни из двух нижних шкафов и мини холодильник. Достаю минералку, жадно делаю несколько глотков и заходусь в кашле. Болит всё внутри. За хлипкой шторкой - не самый чистый туалет. Писаю и пытаюсь понять как выбраться из этого ада.
Дверь в комнату распахивается и заходит высокий парень в одних домашних трениках и голым торсом.
- О, принцеска, проспалась? - он явно не мучается с похмелья. Достаёт со шкафа стул и ставит его к подоконнику, где оборудовано что-то вроде стола. - Раздевайся.
- В смысле, - хрипит голос. Снова кашляю, схватившись за грудную клетку. Боже, как больно.
- Платье свое снимай, говорю. Или принцессы только особое отношение понимают?
Шагает ко мне, а я вцеплюсь в горловину платья, испуганно шарахаясь в сторону. Парень закатывает глаза и упирает руки в бока.
- Принцеска, ты нормальная? Ты себя слышишь? - он смеется, а я испуганно таращу глаза. - Всю ночь спать никому не давала своим кашлем, мужики с утра на базар к бабе Клаве сбегали за маслицем, да самогоном. Так что платье снимай своё, а то испачкаешь.
- Ккакой ббабе Кклаве? - я даже заикаться начала.
Парень снова показал на мое платье и на пуховой платок в своих руках.
- У меня нет другой одежды, - пожимаю плечами.
- Вон там простынь, завернись в неё. Переодевайся, я пока приготовлю мед и масло, будем из тебя имбирный пряник делать.
Подмигивает мне, а я прячусь за шторкой. Меня трясёт и лёгкие раздирает от кашля. Ну вот нахера я вчера поехала в тот странный бар. Это же наверняка оттуда этот парень меня привёл... Господи, да он серьезно ведь живёт на этих десяти квадратных метрах?
Через десять минут его руки активно растирают вонючий самогон по верхней части моей груди и делают такой отстукивающий массаж своими ручищами, что если до этого у меня всё было в порядке с легкими, то теперь - точно нет. После активного массажа посыпает меня мукой? Это же не мука? Смеётся. Говорит, тальк. Прикладывает медовые лепешки, сверху - тонкий пакет, и ещё сверху обматывает пуховым платком.
Заставляет выпить какую-то дикую смесь из самогона и масла. А когда я таращу глаза от того, что всё внутри горит огнем, даёт заесть куском сала.
Мне кажется, я скоро умру.
- Под одеяло, принцеска, и спать, - велит рыжий великан. - Укладывает меня под пуховое одеяло, а себе стелит на полу. - Спи, принцеска, у меня смена через пять часов.
Закрываю глаза и послушно уплываю в небытие. Не знаю, сколько я сплю, но мне почему-то снится Сашкин голос. Он говорит с этим непонятным парнем с рыжей шевелюрой и огромными руками. Их голос звучит немного приглушенно, словно из коридора.
- Сколько я тебе должен, Яков?
- Смеешься, Мангер? Ты бы за принцеской своей сам присматривал получше. Она же безбашенная абсолютно.
- Тогда спасибо тебе. Сочтемся.
- Само собой. Ты там аккуратнее. Я вам моего лекарства упаковал. Дважды в день две столовые ложки масла на сто грамм бухла.