- Причем здесь Артём? - крыша поехала или у меня, или у мамы.
- Как при чем, доченька? Так это же муж твой будущий. Вот платье выберешь, и сразу поженитесь, отцы ваши уже обо всём договорились... Алина?
Вот тогда я начала смеяться. Так сходят с ума, да? Когда твоей жизнью играет кто-то просто так, от скуки? Выходит, не просто так меня родители отправили учиться именно в тот город, где якобы жила тётка. Что же я не спросила почему я эту тетку в глаза никогда не видела?
Я туда ехала, что бы влюбиться в одного конкретного человека. А влюбилась в другого. Разве это не смешно? Вот мама с папой, должно быть, локти кусали? Я влюбилась в другого. И потеряла его. И потеряла нашего ребёнка. И зачем всё это? Зачем?
Снова укол в бедро. И дальше, как в тумане.
Мне больше не колят лекарства, но я пью таблетки. Мама говорит, что от депрессии, но половину своего дня я не помню. И, знаете, мне плевать. Плыть по небытию - это означает не чувствовать боль. Никакую. Ни физическую, ни моральную. Меня устраивает спать по двадцать часов в сутки.
Помню всё отрывками. Платье свое красивое помню. Я в нем была похожа на бабочку, которую поймали в клетку. Отец держал меня с одной стороны, Артём - с другой. Милая женщина в ЗАГСе с помадой ярко-красной даже пожелала нам счастья и детишек.
Помню, как Артём напился в первый раз. В брачную ночь. Я лежала в президентском номере люкс, смотрела, как по потолку ползет муха, а он швырнул в меня газетой. Кричал что-то ещё, а я смотрела на красивую невесту на свадебном фото. Яна? Ей очень идёт голубой цвет. Только жених ей не подходит. Впервые за месяц сердце делает остановку. Голубой не гармонирует с серебряным взглядом. Ему подошёл бы темно-синий костюм или...
Запираюсь в ванной и смотрю на флакон с таблетками. Сначала я поставила себе цель добраться до этого флакона и выпить их все одной жменей. Так легко и просто. И не больно. А сейчас высыпаю их в унитаз и смываю до последней пилюли. Снимаю свадебное платье, роюсь в чемодане. Завтра вроде летим на острова? Но что-то спортивное же мне должны были положить? Нахожу костюм и иду искать беговую дорожку.
Стресс и бег - не та компания, которую стоит совмещать. После всего одного километра лёгкого бега у меня ломит в груди, болит бок и под рёбрами, а пульс зашкаливает, как одержимый.
- Эй, девушка, кто же так бегать начинает?.. У вас что, балетки на ногах?
Пожимаю плечами. Парень - явно спортсмен. Высокий, накаченный. Смотрит на меня внимательно, заглядывает словно в самую душу.
- Сейчас же ночь, здесь закрыто везде. Приходи завтра с утра, я найду тебе подходящую одежду и проведу тренировку. Бег любишь?
- Люблю, - киваю. - Но давно не бегала. В больнице лежала.
- Травма?
- Нет. Нервы.
- Хм, ну ладно. Меня Михой зовут. Приходи завтра?
- Я Алина. Прийду.
На острова Артём улетел один. Не один, конечно, с одной из своих бесконечных девушек с ногами от ушей. А я осталась в отеле. Каждое утро и вечер встречались с Михой и тренировались до дрожи во всех мышцах, пока не просила пощады. Потом - сауна, массаж. Чем не мечта миллионов женщин?
Когда прошёл месяц и мы с Артёмом "вернулись" из свадебного путешествия, тренировки перенесли в другой фитнесс-клуб. Не совсем девичьей направленности, но оказалось, что неважно где и чем заниматься, если попался грамотный тренер. Стала боксовать. Так, не сильно. Просто для выносливости, в не для красоты мышц. Миха добавил мне весы на штангу и начался совсем другой уровень подготовки.
Подружилась с Марой, девушкой Михи. Её вообще Мариной зовут, но в их тусовке никто полные имена не использует. Мара занимается татуировками и я забиваю себе предплечье, пока Артём не устраивает мне истерику в духе "куда ты катишься?". А меня всё устраивает. Главное же, капиталы в семье останутся, правда? Я не хотела смотреть в глаза своего отца, матери, свекра. Я прочитала брачный контракт от корки до корки и знала то, что, возможно, не знал даже Артём. Если через два года наш брак не принесет наследника, то контракт теряет силу. Никто не в проигрыше, просто можно будет тихо развестись и каждый пойдет своей дорогой.
Только жизнь, знаете, она странная. Мама заставляет меня пойти на прием к известному гинекологу по вопросу репродукции. Мы с Артёмом не распространяется о том, что в принципе не делаем того, что может способствовать деторождению. Поэтому я иду со спокойной совестью, а выхожу оттуда и снова темная туча депрессии готова принять меня в свои теплые объятия. Если бы мне было не плевать.
Так бывает, сказала врач после осмотра, УЗИ, анализов и прочего. Некоторые женщины после первого аборта не могут больше иметь детей. Я поправила, сказала, что был выкидыш, но доктор так посмотрела на меня, что я поняла: нет, это был аборт. Спасибо, мама. Спасибо, папа. Теперь есть ещё один повод вас ненавидеть.