- Ты куришь? - то ли спрашивает, то ли просто качает головой Сашка.
- Как видишь, - пожимаю плечами. - Всё меняется.
- Вижу, - он молчит, но взгляд его... От этого взгляда у меня между ног становится слишком мокро, а в груди черная дыра размером с континент начинает зарастать зеленой листвой.
Я пьянею от этого взгляда. Я хочу этот его взгляд. Я ненавижу себя за то, что позволила всему этому разрушиться тогда.
Поэтому я тянусь к нему. И мне плевать, что нас могут увидеть. И что я замужем. И что мы не очень-то теперь любим друг друга. Но мне физически нужно почувствовать его тело. Мягкость его губ и твердость остальных мышц.
- Алиииина, что ты делаешь, - шепчет, а у самого сердце ходуном ходит.
Перебираюсь к нему, кнопкой заставляю кресло принять лежачее положение, а потом отвечаю на его поцелуй. Целует жестко, сильно, а пальцы нежно перебирают мои косточки на спине, лаская ягодицы. Пальцы нащупывают резинцу чулок и он снова рычит, дергает мое бельё в сторону, разрывая тонкую ткань.
Развязываю пояс на талии, расстегиваю лифчик и стону в голос, когда его губы выбирают в рот мою грудь, слегка покусывая сосок. Как я люблю. Да, так... Поднимаюсь повыше, дрожащими руками пытаюсь расстегнуть его ширинку. Руки трясутся. Я сама дрожу в его руках. Помогает мне, ведет пальцами по моим складкам, легко проникает пальцами внутрь. Толкается сильно, на грани. Я влажная и хочу его.
Входит в меня медленно. Слишком медленно. Приподнимаюсь и делаю силу удара сильнее. Глубже. До грани. До боли. Это больше не похоже на занятие любовью двух случайных любовников. Это больше похоже на продолжение войны между двумя противниками. Потому что мы оба стискиваем зубы, толкаясь навстречу.
Заниматься сексом в машине не очень-то удобно на самом деле. Но, видимо, у Сашки в этом деле опыта больше. Отстраняет меня, толкает грудью на свое место, сам наваливается сверху. Держит под бедра, пальцами скользит по промежности и останавливается на клиторе. Толкается в меня дальше, перебирая мои чувствительные места пальцами. И я кричу, когда подхожу к грани. Внутри сжимается пружина и резко взрывается, опаляя нас обоих.
Сашка со стоном и рычанием наваливается сверху, целует в плечо. Дышим тяжело, на грани.
Прихожу в себя первой. Поправляю чулки. Нахожу платье и завязываю его под грудью. Приглаживаю волосы. Сашка одевается дольше. Как он вообще умудрился раздеться? Всё-таки эта машина не предназначена для акробатических трюков.
Одевшись, выходим из машины. Что мы вообще делаем под мостом? Понимающе хмыкаю. Он сразу решил меня выебать. Это я поддалась, как одна из его шлюх. Боже, мне почему от этого так больно?
Закуриваю и смотрю на реку.
- Алина, - он ведет пальцем по моей щеке.
Отстраняюсь. Выбрасываю сигарету и смотрю на него ровно. Вот теперь я могу смотреть на него ровно.
- Это ничего не значит, Саш. Просто хорошо потрахались. Тебе же это всегда было нужно? Отвези меня домой, тут близко.
- Я знаю, где ты живешь, Алиииина, - едва не скрипит зубами он.
Что, не нравится когда с тобой так, по скотски?
Довозит молча, паркует машину. Домой ухожу, не прощаясь. Мне больно внутри, хорошо снаружи, но я ощущаю себя, как та Золушка, которая скоро превратится в тыкву.
Глава 13
Миха обрывает мой телефон, но я игнорирую и его звонки, и сообщения. Я почти уверена, что рецидив под гордым названием "Саша" снова приведет меня к тому, что придётся пить таблетки. Провожу всё время с Тимкой, забрасываю бег, Михин клуб и телефон.
Сынок растёт, как на глазах. Ему всего девять месяцев, а он уже начал ходить. Делаю тысячу фото и видео. Первые шаги - и я чуть ли не рыдаю от этого момента. А когда его беззубый рот выдает что-то отдаленно похожее на "ма-ма", я впадаю в настоящий экстаз.
Мы любим гулять в парке неподалеку. Рядом площадка для скейтов и на самом деле здесь не любят гулять мамочки с маленьким детьми. Это потому что у них нет скейта или им завидно, что другие умеют кататься на скейте, а они - нет. Тимка шагает по траве, а ко мне подкатывают пацаны из местной шпаны. Костян и Олег. Стучим друг друга кулаками в качестве приветствия. Достаю из кармана заранее приготовленные деньги мелочью.
О да, я люблю рабский детский труд. Костя остается со мной, а Олег отдает свой скейт и идет играть с Тимкой. Ага, пацаны учат меня кататься на таком не хитром транспорте. Почему-то это увлечение в детстве прошло мимо, теперь наверстываю.
Проезжаю три полных круга, пытаюсь сделать фигуру, как показал Костя, но - не в этот раз. Фигуры и прыжки мне не даются. Поэтому продолжаю просто ездить по трассе, пока ноги дрожать не начинают. Тимка с Олегом в песочнице. Вижу их темные головы, когда проезжаю мимо. Наконец, останавливаюсь и вытираю лицо полотенцем.