Лерка зашевелилась и вздохнула, а я затаил дыхание, боясь ее потревожить. Потом все же собрался и потянулся к ее губам. Целоваться я толком не умел. Со шлюхами много не насосешься, но иногда, когда мне самому хотелось, я целовал в губы и их. Тори, например, целовать я не брезговал.
Когда наши губы встретились, девчонка испуганно вздрогнула и подскочила на кровати.
– Никита? – сонно протянула она.
– Прости, если напугал. Соскучился.
Девчонка перевела взгляд с меня мне за спину, и я вспомнил про подарки. Поднял с пола игрушку и букет и протянул девчонке. Она не сказала ни слова, но по ее изумленному и радостному виду было понятно, что она очень обрадовалась сюрпризу. Я тоже почувствовал радость. Давно не чувствовал такого.
Облегчение – вот что заменило ее в моей жизни. Потрахался, поел, выжил в перестрелке я или Кир, я чувствовал только облегчение, а радости не припомню.
«Слава богу» и «ура» – разные понятия.
– Поцелуешь? – ухмыльнулся я девчонке, зарывшейся мордочкой в цветы.
– Нет, – строго ответила она тут же и перестала умиляться. – Я еще обижена на тебя!
Жаль. Вот сейчас мне стало смешно. Лерка была такая непосредственная, такая прямая. Хотя бы гадать не надо, что у нее в головенке. Гадалка из меня так себе. Это Кир знает, что у людишками движет. Я нет.
– В столовой тебя ждет сюрприз! – продолжил я радовать девчонку.
– Что за сюрприз? – снова загорелась Лерка.
– Пойдем посмотрим? – предложил я. – Если расскажу, будет не интересно!
Лерка слезла с кровати, поправляя на себе футболку Кира. Она усадила зайца рядом с подушкой, как будто он был живой, а цветы взяла с собой.
Мы пришли в столовую. Я неотрывно следил за ее лицом. Эта радость, которую я испытал сейчас, видя округлившиеся глаза Лерки, не шла ни в какое сравнение с той, что я почувствовал в ее спальне. Кирилл угадал с подарком. Просто в яблочко!
Девочка положила букет на стол, рядом с тортом и осторожно сняла с него прозрачную крышку. Она так смотрела на торт, как будто до сих пор не верила, что он настоящий.
– Уи-и-и! – пропищала она и неожиданно бросилась мне на шею. – Спасибо, Никита! Офигеть просто!
– Теперь поцелуешь? – продолжил я гнуть свою линию, бессовестно лапая девчонку за зад.
Ее жопа мне понравилась. Не маленькая, не большая, прям по мне!
– Ладно, – вздохнула она и притянула к себе мою голову.
Поцелуй был весьма коротким, без огонька. Вчера она целовала меня по-другому, как взрослая! А сейчас это был просто чмок благодарности, вот и все. И на том спасибо.
Мой член даже не дернулся от этого контакта с Леркой. Зато в душе все наполнилось теплом. Меня аж распирало от восторга. Черт, она как минимум, необычная!
– Надо позвать Кирилла! – оторвавшись от меня, сказала Лерка. – Скажи, чтобы чай подали и цветы поставили в воду, – приказным тоном, вернувшим меня с небес на землю, добавила она и убежала за Уманским.
Их не было пару минут, но мне показалось, что вечность. Я нашел служанку, передал ей распоряжения хозяйки.
Кир вместе с Леркой примчались в столовую радостные, хохочущие! Они держались за руки!
Мне было приятно на них смотреть и знать, что я виновник этой ситуации. Да когда вообще такое было? Никогда.
Мы сели пить чай.
Кир смотрел на меня, иронично вскинув бровь, мол, я молодец. Я за эту его похвалу готов был и дальше радовать девочку.
В этот момент я впервые задумался о ребенке. У нас с Леркой же они будут? Было бы здорово так радовать маленького человечка? Только что я могу ему дать, кроме подарков? Пиздить своего ребенка я не стану точно, и жену, а вот смогу ли я их защитить? Или буду как Вакула таскать домой блядей, а потом…
Нет, блять, я не стану таким, как он! Не стану! Не стану!
– Никита, – обратилась к мне Лерка. – Погуляешь со мной в саду? Кирилл мне разрешил. С тобой.
Оу! Она разрешения спрашивает? У Кира? Интересненько.
– Конечно, милая! – расплылся я в улыбке.
– А ты почему не ешь? Очень вкусно!
Я так задумался, что так и сидел с нетронутым куском торта и чаем.
– Когда я был маленьким, то хотел быть продавцом в кондитерской, – зачем-то сказал я. – Я думал, что в магазине все принадлежит продавцу, и можно есть, все, что угодно.
– А как ты тогда попал к моему отцу? – спросила Лерка. – Как ты стал бандитом, Никита?
Сегодня Вакулы было особенно много в моей жизни. Господи, Лерка, такой момент испортила! Зачем?
24. Лера
– Я работал сутенером, – нехотя ответил Никита. – А Анатолий Борисович был неравнодушен к женщинам. На этой почве мы с ним и сблизились.