Никита простой, но очень глупый. Он мне говорит красивые слова и подарки дарит, чтобы я посыпалась. А вот Кирилл очень умный оттого и сложный. Он ничего такого не делает, чтобы меня привлечь, наоборот, держит дистанцию, но тем сильнее у меня к нему интерес.
С Никитой можно только потрахаться, а с Кириллом и поговорить не стрёмно. Уманского я тоже люблю, просто два дня, а не три года, как Никиту, но разве это имеет значение?
Книжку, которую настоятельно советовал прочесть мне Кирилл, я пробежала глазами. Тоже полезная штука, только не такая интересная, как порно. Есть, в ней несколько моментов, применимых и ко мне, хоть я уже и не ребенок.
За два дня у меня в голове много чего поменялось. Это было так странно, что жизнь за пределами монастыря очень сильно другая. И люди тоже другие. Я ведь даже не знаю, как живут обычные люди, но догадываюсь, что не так, как бандиты. Что нормальная жизнь как раз у них, а не у нас.
Какие они эти люди? Мой круг общения был настолько узким, что я даже не представляла, как живут, например, водители автобусов или продавцы, учителя, врачи или бармены.
Я всю жизнь прожила, как зверек в клетке, и за меня все решали другие взрослые люди. А теперь я сама взрослая. Я так ждала своего совершеннолетия, а сейчас мне страшно, хоть и безумно интересно одновременно.
Да, я сама решаю, как мне жить и с кем заниматься сексом, хотя бы я не как Вика, могу выбирать себе партнера и даже любить его, но от моих решений зависят жизни и других людей. Это огромная ответственность. Справлюсь ли я? Один маленький косяк, и кто-то может погибнуть, а я тут со своей любовью…
Мне предстояло приспосабливаться к этому миру заново. Когда мне было 15, я вообще не думала ни о чем, кроме уроков или семьи, а теперь, познавая взрослую жизнь, не только, как женщины, но и дочери главаря мафии, мне было тяжело. Ничего, я справлюсь. Бог поможет и Зотов с Уманским!
Я помолилась, благодаря Бога за то, что милостив ко мне, и я до сих пор жива и здорова, что пока ничего худого со мной не случилось, и попросила помочь мне поскорее найти папу. А еще я попросила за Кирилла и Никиту, чтобы Бог дал им ума и терпения со мной. Я же понимаю, что им тяжело меня слушаться. О Вике и Климе я тоже помолилась, чтобы Бог указал им верный путь.
Наверное, если бы мои родители были набожны так же, как батюшка Федор, и придерживались божьего учения, я бы тоже верила в Бога безоговорочно.
Я в него верила. Поверила в монастыре, не смотря на то, как жестоко Бог обошелся со мной, оставив без мамы. И бабушку с дедом жалко…
Я признавала существование Господа, даже просила его о чем-то, преисполненная уверенностью, что он мне поможет. Но все эти заветы и сама Библия стояли у меня под огромным вопросом. Я не один и не два раза ее перечитала. Столько в писании несостыковок, что я решила не принимать это все слишком близко к сердцу. Я же не тупая какая-то.
Библию написали люди, со слов Господа. А люди так сильно любят врать. Это я еще в детстве поняла, что если наебешь, то не проживешь. Вот я и была послушной примерной сестрой Марией, чтобы не отсвечивать.
Много в Библии отсебятины человеческой, но есть и умные, добрые вещи, если следовать им и жить по совести, то можно прожить неплохую жизнь. Я уже нарушила заповедь «не убий» и «не укради» много раз. Что мне теперь не жить дальше что ли? Бог меня за это накажет? Его воля. Раз уж мы его рабы, пусть делает, как считает нужным.
А у меня есть два своих собственных раба. Если я не возьму все в свои руки, мы так ни к чему и не придем. Эти мужики уже второй день мне доказывают, что для них я несмышленый ребенок, с которым считаться бессмысленно.
Мне нужно быть хитрее и жестче, вот и все.
Мой камуфляж, в котором я сюда приехала, постирали и выгладили. Служанка вернула мне его вчера. Можно было позаимствовать что-то из маминой одежды, но ее комнату я пока обходила стороной. Заходить в нее было боязно, как и в комнату бабушки с дедушкой. А может, Никита выбросил уже и их вещи? Он тут, смотрю, разошёлся ни на шутку…
Умывшись и одевшись я спустилась вниз. Распорядилась, чтобы мне подали завтрак и пообщалась с полусонным после ночного дежурства охранником. Он сообщил мне, что охрана меняется в десять утра. Их начальника, оказывается, убили в перестрелке, а нового еще не назначили.
Жалко, что Клим потерялся, он бы мне посоветовал толкового и верного мужика в начальники СОБа. Охрана должна подчиняться только мне и никому больше.
Охранник так же доложил, что Зотов вернулся в начале третьего, целым и невредимым. Обязательно выясню, где его носило. Упаси Господь, если он снова был со шлюхой! Придется выгнать Никиту из дома. И из жизни. Может и убить придется. Разве он смирится с тем, что все потерял?