Вот она сидит – только руку протяни, а нельзя!
Лерка терпеливо дождалась, пока я впихну в себя завтрак, убрала поднос с меня и улеглась ко мне под бочек. Обняла, прижала мою голову к своей груди. Я закрыл глаза, обнимая ее в ответ левой рукой.
Боже, какой кайф! Как же мне охуенно с этой девочкой! Просто лежать, нюхать ее сиськи, обтянутые футболкой и молчать. Мне казалось, даже мысли из головы улетучились. Приятная, расслабляющая пустота в голове.
Даже рана меньше ноет.
Было ли что-то подобное и светлое в моей жизни? Не припомню. Вся моя жизнь борьба за выживание. Вся моя злость сейчас испарилась, обнажая душу. Лерка права, я вырос, и теперь могу сам выбирать, каким мне быть хорошим или плохим.
Но разве я могу быть хорошим? В той жизни, которой мы живем, хорошим и правильным не место. Праведный путь ведет прямиком на кладбище.
Я же никогда не был самим собой. Сначала я пытался подражать Киру, потом бандитам, а сейчас мой кумир – Вакула. А кто такой Никита Сергеевич Зотов, я понятия не имею.
Вот поженимся мы с Леркой, детей родим. Женюсь я по расчету, как петушара. Дальше-то что? Воевать до конца жизни за этот титул? Трястись, оглядываться, бояться? Почему-то раньше меня это не смущало.
Плохо мне с родителями жилось, но только тогда я и был свободен. Если я и прятался от отца или боялся его или того, что мать убьет, так это хуйня по сравнению с тем, что сейчас происходит. Сейчас я не только Вакулу, Валида и Одинцова боюсь, самого себя боюсь, мыслей своих. За Кира боюсь и теперь за письку мелкую тоже.
Это пока не убили никого. Повезло нам всем. А что если…
Мороз по спине и в глазах темнеет. Эти две жизни уже на мне висят, еще дети повиснут. Вывезу ли я? По размеру ли мне Вакулино кольцо?
Я за Янку до конца дней своих не покаюсь, куда мне еще невосполнимых потерь? И Лерка боится, что меня завалят, вот и страхуется за счет второго мужика. Интересная у нее концепция, конечно.
Как там Кир говорил? Когнитивный диссонанс?
Надо убить Вакулу. Рискнуть. Может и нет у него уже видеозаписи никакой. На понт меня берет мудак старый. А потом Валида. Надо поторопиться. Ради Лерочки. Ради нас всех.
Если Лерка узнает, что я ее папашу завалил, а Кир про Яну? Боже, меня снова начало выворачивать наизнанку. От самого себя. Ни какой я не хороший.
В дверь постучали.
– Войдите! – крикнула девчонка, не размыкая объятий.
– Не помешал? – услышал я за спиной голос Кирилла и со стоном повернулся, нехотя отстраняясь от Лерки.
– Нет, проходи! – пригласил я друга, устраиваясь удобней на кровати.
– Как ты, Ник? – подойдя ближе, спросил Кир. В руках он держал две упаковки каких-то таблеток.
– Нормально, – ответил я.
– Вот, – протянул он мне лекарства. – Только что привезли. По одной таблетке три раза в день и того и другого.
– Спасибо, дружище! – кивнул я головой и забрал коробочки.
Лерка слезла с кровати и налила мне воды, чтобы я немедленно выпил таблетки.
– Валерия, я жду тебя внизу, – сказал Кир и вышел.
– Зачем он тебя ждет? – заинтересовался я, принимая из ее рук стакан с водой и пилюли.
– В саду погуляем, – ответила девчонка. – Обсудим дела.
Сказать ей, что запрещаю? Опять? Не могу. Она может сказать, что замуж перехотела. В то же время перед глазами пронеслись картинки, как Кир сладко целует Лерку, трогает сиськи, а потом и вовсе одна чернуха замельтешила. Трахать Киру она себя не позволит, как и мне, а вот отлизать – запросто!
Перед глазами упала красная пелена, кулаки зачесались и сжались сами собой. Да что со мной? Это же Кир, друг мой, почти что брат.
Я просто устал. Болен. Мне нужно поспать, и все пройдет.
– Отдыхай, Никита! – ласково сказала Лерка и нежно поцеловала меня в губы. – Я ненадолго. Скоро приду.
– Я люблю тебя, Лерочка! – бахнул я, не зная, что еще сказать.
– Я тоже тебя люблю! – улыбнулась девчонка, забрала с собой поднос с посудой и вышла.
Я откинулся на подушку и несколько раз тяжело вздохнул. Закрыв глаза, я попытался сосредоточиться на чем-то приятном. На том, как вылизывал свою будущую жену. Член сладко налился тяжестью, когда я вспомнил подробности: запах девочки, вкус ее смазки, мягкие волосики в промежности. Обхватив член рукой, я принялся надрачивать его, чтобы снять напряжение. После дрочки всегда лучше спится. Нужно быстренько передернуть и поспать.
Как я не старался, к образам прошлой ночи начали примешиваться картинки близости Кира и Лерки, и не только те, свидетелем которых я был. Я сам не заметил, как в постели нас уже было не двое, а трое. Только когда в моих фантазиях Кир взял Лерку, усадив ее на себя, а я вошел в ее девственную попку, пристроившись сзади, я смог кончить.