– Пойдем, милая, я тебя уложу, – хриплым, каким-то не своим голосом, сказал я.
50. Никита
Меня всего трясло от озноба, но я все не мог проснуться. Силился открыть глаза, но снова проваливался в какое-то странное забвение. В сознании беспорядочно кружились образы, лица, обрывки фраз, фрагменты из моей жизни. Я, то приходил в себя, то уходил обратно в морок. Со временем мгновения просветления, начали складываться друг с другом, и я начал возвращаться к последним кадрам, что помнил.
Я понял, что под кайфом. Чертова Тори вколола мне какую-то наркоту. Сколько я уже в небытии? Что со мной случилось? Я жив вообще? А Лерка?
Мысль о моей жене дала какой-то толчок в моем мозгу, дала мне энергии, и я открыл глаза. Первое, что я почувствовал – это боль в руке. Не в предплечье, которым я не так давно словил пулю, а в кисти. Неосознанно я пошевелил пальцами, чтобы потрогать перстень Вакулы, но не нащупал его, как и пальца, на котором я его носил. Боль, пустое место вместо части тела и бинты.
Наверное, я еще не пришел в себя, у меня галлюцинации, либо мне отрубили палец. Кто? Зачем? Если я жив, то где я?
Второй рукой я не смог пошевелить, только дернул на себя, браслет сдавил запястье. Прикована наручниками, догадался я.
– Выспался, Зотов? – услышал я знакомый мужской бас рядом с собой, и повернул голову.
Перед глазами все еще плыло, но я смог различить того, кто со мной разговаривает. Климов, мать его раз так! Он сидел верхом на стуле, одетый в военную форму и высокомерно, с превосходством, улыбался мне.
Я точно умер! Как и Клим. Вот я и нашел его. Как теперь Киру сообщить об этом с того света? Я попытался пошевелить языком, чтобы спросить у Олега, что происходит, но у меня получилось только бессвязное мычание, как будто я пьян в говно. Я устало прикрыл глаза, чтобы собраться с мыслями и силами.
– Водички? – спросил Клим и заржал.
Я почувствовал на губах твердое горлышко бутылки и прохладу воды. Выпил, сколько смог, захлебнулся и закашлялся. Не особо церемонясь Климов схватил меня за шиворот пиджака и усадил на кровати, подперев мою спину подушкой.
Господи Иисусе! Они реально отхерачили мне палец! И приковали наручниками к батарее. В комнате, где меня держат, шикарная, богатая обстановка. Руку чем-то обкололи, судя по тупой, а не острой боли, перебинтовали даже. Я не в каком-нибудь подвале или заброшенном складе, а будто в гостях. Это хорошо? Или плохо? Зачем они меня похитили? И кто эти «они». Или это Клим все затеял?
– Что эта сука мне вколола? – с трудом ворочая языком, спросил я Климова.
– Ничего опасного, Никита, – успокоил меня Климов и снова оседлал стул. – Жить будешь! Наверное. – Он снова расхохотался. Похоже ситуация, относительно меня, его невероятно забавляла. – Не злись на девочку, Зотов, ей просто хорошо заплатили.
– Кто? Где Валерия? Где моя жена?
– Твоя ЖЕНА, наверное, дома. Плачет. Было жестоко оставить девочку без брачной ночи! Такой мы праздник ей испортили! Но ты же носа из дому не показывал в последнее время. Пришлось идти на крайние меры!
Боже, Лерка жива! С ней должно быть все хорошо, если она дома с Киром. Наверняка обыскались меня?
– Что происходит, Клим? За каким чертом я вам понадобился?
– Ты нам на хрен не упал! – объяснил Олег. – Нам нужен Вакула.
– Вам – это кому?
– Валиду.
Клим протянул мне бутылку с водой. Я попил еще, и говорить стало намного легче, а головокружение уменьшилось.
– Мы искали тебя, Клим! Лерка все глаза выплакала от горя! А ты, значит, мудак сраный, перешел на сторону зла? – разозлился я.
– Я перешел на сторону здравого смысла, когда узнал, что такое Вакула! Ты знаешь, что это он? Это он убил всю свою семью!
Возразить мне было нечего. Я бы и сам перешел на эту сторону, только Вакула не пускал. Я мог бы сейчас изобразить удивление, но ломать комедию было не к месту.
– Догадывался, – буркнул я. – Я-то вам зачем? А палец мой?
– Жене твоей отправили, вместе с кольцом, – равнодушно ответил Клим, как будто сериал мне пересказывал. – Чтобы она понимала всю серьезность ситуации.
– Ты в своем уме? – заорал я на Олега – Зачем? Причем тут Лерка? Она еще ребенок!
– Это не помешало тебе на ней жениться, Зотов! Что не сделаешь, ради денежек, правда?
– Я по любви женился, гандон! – взбесился я. Дернулся, пытаясь вцепиться Климову в кадык, но он сидел слишком далеко. Не дотянуться.
– Ну, не ори, Зотов! Чё такой бешеный? – скривился Клим. – Я тебе щас еще порцию успокоительных вколю, если будешь дебоширить!